Нур-Султан
Сейчас
8
Завтра
13
USD
421
0.00
EUR
499
0.00
RUB
5.6
0.00

Кто станет богаче во время пандемии? Уроки эпидемии бубонной чумы, часть 2

951
фото: vm.ru/Владимир Новиков, «Вечерняя Москва»

Продолжение. Начало читайте здесь.

Управляющие пандемии

На государственном уровне Черная смерть ускорила тенденции централизации власти, роста налогообложения и зависимости правительства от крупных компаний.

В Англии снижение стоимости земли и, как следствие, падение доходов побудили королей — крупнейших землевладельцев страны — попытаться ограничить заработную плату. Хотя бы до уровня, предшествующего чуме, согласно Уставу рабочих 1351 года. Кроме того, были введены дополнительные налоги с населения.

Повышение налогов уместно при растущей экономике, а не в кризис — политолог

До этого момента правительство содержало себя само — налоги вводились только в крайних случаях, например войны. И налоги после чумы создали серьезный прецедент для государственного вмешательства в рыночную экономику.

Эти нововведения значительно увеличили участие короны в повседневной жизни населения. При последующих вспышках чумы (болезнь приходила примерно каждые 20 лет) передвижение людей стало ограничиваться — к примеру, посредством комендантского часа, запретов на поездки и карантина.

Это было частью общей концентрации государственной власти

Более того, началась замена прежнего регионального распределения власти централизованной бюрократией.

Из торговцев в правители

В результате в центральную власть пришли люди из локальных администраций и купеческих семей. Например, поэт Джеффри Чосер. Некоторые получили значительную политическую власть.

Самым ярким примером служит семья де ля Пол. Всего

за два поколения из торговцев шерстью они превратились в графов Саффолка

С временным крахом международной торговли Ричард де ля Пол стал величайшим кредитором короны и близким другом Ричарда II. Когда итальянские мегакомпании вновь появились в конце 14-го и 15-го веков, они также получили выгоду от растущей зависимости короны от торговых компаний. Например, семья Медичи, которая в конце концов стала править Флоренцией.

Торговцы приобрели политическое влияние, купив землю, цена которой упала после эпидемии чумы. Право собственности на землю позволяло купцам вступать в землевладение, что повышало их статус. Более того, перед ними открылись двери в высший свет общества. Посредством браков с детьми лордов, оставшихся без денег, торговцы получили чуть ли не преобладающее политическое представительство в парламенте Англии.

Сейчас не лучший момент переходить на страховую медицину – профессор медицины

К концу 14-го века расширение государственного контроля со стороны правительства и укрепление его связей с торговыми компаниями привели к восстанию дворян против Ричарда II. Они выступили на стороне его двоюродного брата в надежде, что Генрих IV не будет следовать политике Ричарда.

Эта и последующие «Войны роз», которые обычно трактуются как столкновение между йоркистами и ланкастерцами, на самом деле были частично обусловлены сопротивлением дворянства укреплению центральной власти.

Поражение Генриха в 1485 году положило конец не только войне, но и подавило любые дальнейшие попытки аристократии восстановить региональную власть. Как итог — на пути роста корпораций и централизации власти не осталось препятствий.

Что происходит сейчас

Власть государства, не подконтрольная и не подотчетная, это то, чем, скорее всего, закончится 21 век.

Во всем мире идея суверенной нации была главной в имперской политике и экономике последних нескольких веков. Но начиная с 1970 годов среди интеллектуалов распространилось мнение, что государство не так уж и важно. Его монополия на контроль на определенной территории оспаривается многонациональными корпорациями.

После коронавируса: наихудший сценарий для развивающихся стран

В 2016 году из 100 крупнейших субъектов хозяйствования 31 были странами, а 69 — компаниями. Например, Walmart крупнее, чем экономика Испании. Бюджет корпорации Toyota больше бюджета Индии. Способность этих крупных компаний влиять на политиков и регуляторов не вызывает сомнений. Достаточно взглянуть, как нефтяные компании влияют на распространенное во многих странах отрицание изменения климата.

Все больше и больше активов, ранее принадлежащих государству, теперь работают как частные компании или игроки на разработанных государством квази рынках. Например, примерно 25% Национальной службы здравоохранения Великобритании осуществляется по контрактам с частным сектором.

Когда-то транспорт, комуслуги, телекоммуникации, почта и многие другие службы были государственными монополиями. Но теперь все эти секторы управляются коммерческими компаниями. При этом государственные предприятия часто характеризуются как неэффективные.

Пандемия как шанс

Благодаря коронавирусу государство стало восстанавливать контроль и влияние на процессы в обществе. Расходы на уровне, который всего несколько месяцев назад был назван экономикой «волшебного денежного дерева», были направлены на национальные системы здравоохранения. Также эти расходы обеспечили всеобщий базовый доход для миллионов людей и предлагали гарантии по кредитам или прямые выплаты множеству предприятий.

Провал системы здравоохранения в борьбе с COVID-19 был давно предопределен

Идеи о сбалансированности бюджета ушли на второй план, и в настоящее время от помощи государства зависят целые отрасли.

На зависть средневековью

При этом довольно редко говорится об ограничении личных свобод. Автономия индивида является центральной для неолиберальных идей. «Любящие свободу люди» противопоставляются тем, кто живет своей жизнью под игом тирании государств, которые осуществляют надзор за действиями своих граждан.

Тем не менее в последние несколько месяцев государства во всем мире фактически ограничивали передвижение подавляющего большинства людей. Активно используются правоохранительные силы и армия.

Закрыты театры, пабы, рестораны и парки, а посиделки на скамейках могут закончиться штрафом. Средневековые короли были бы впечатлены подобным уровнем авторитаризма.

Пандемия, по-видимому, позволила фискальным и административным органам власти ужесточать контроль населения, разглагольствуя о рассудительности и свободе.

Народное сопротивление

Вернемся к Черной Смерти. Рост благосостояния и влияния торговцев и крупного бизнеса серьезно усугубил существующие антимеркантильные настроения.

Средневековые мыслители считали, что торговля морально подозрительна, и что торговцы, особенно богатые, склонны к скупости.

Черная смерть была широко истолкована как наказание от Бога за греховность Европы,

и многие писатели после чумы обвиняли церковь, правительства и богатые компании в моральном упадке христианского мира.

Знаменитая протестная поэма Уильяма Лэнгленда «Пирс-пахарь» была направлена против меркантилизма. Другие произведения, такие как стихотворение середины 15-го века Libelle of Englysche Polycye, допускали торговлю, но хотели, чтобы она была в руках английских купцов и вне контроля итальянцев. Последние, по мнению автора, довели страну до нищеты.

По мере развития XIV и XV веков корпорации завоевывали большую долю рынка. К 16 веку концентрация торговли и финансов в руках корпораций превратилась почти в монополию на королевское и банковское дело. В руках небольшого числа компаний оказались монополии на торговлю основными товарами Европы. Это серебро, медь и ртуть, импорт из Азии и Америки, особенно специй.

Интеллигенция была против

Мартин Лютер был возмущен этой концентрацией и особенно использованием католической церковью монопольных фирм для сбора послаблений. В 1524 году он опубликовал брошюру, в которой утверждалось, что торговля должна идти на общее (немецкое) благо и что торговцы не должны ставить высокие цены.

Наряду с другими протестантскими писателями (Филипп Меланктон, Ульрих фон Хаттен), Лютер использовал существующие антимеркантильные настроения, чтобы критиковать влияние бизнеса на правительство. К устранению финансовой несправедливости он добавлял призывы к религиозной реформе.

Осенью нам нельзя повторить ошибки в борьбе с коронавирусом — Туменова

Социолог Макс Вебер связал протестантизм с появлением капитализма и современной экономической мысли. Но ранние протестантские авторы выступали против многонациональных корпораций и коммерциализации повседневной жизни. Они опирались на антимеркантильные настроения, которые укоренились после Черной смерти. Эта популярная и религиозная оппозиция в конечном итоге привела к выходу из католичества и трансформации Европы.

Малый бизнес не всегда хорош?

К XXI веке мы привыкли к мысли, что основные богатства концентрируются в капиталистических фирмах. Будь то викторианские промышленники, американские бароны или миллиардеры. Но неравенство, создаваемое бизнесом, и его разлагающее влияние на правительства сформировало дискуссию о торговле после промышленной революции.

Как мы видим, споры между мелкими предпринимателями и теми, кто выступает за корпорации и государственную власть, насчитывают много веков. Романтические поэты оплакивали то, как «темные сатанинские мельницы» разрушали сельскую местность и превращали людей в придатки к машинам.

Последствия COVID-19: мир переделают, а граждан будут тщательно контролировать — эксперты

Идея о замене честного ремесленника отчужденным работником, наемным рабом, распространена как у ностальгирующих, так и у прогрессивных критиков раннего капитализма. Вера в малый бизнес в сочетании с подозрением в отношении корпораций и государства перетекла в «зеленые» движения.

Когда крупный лучше малого

Потребление местных товаров, использование местных денег и попытка склонить покупательную способность «якорных учреждений», таких как больницы и университеты, к малым социальным предприятиям стали обычным явлением многих современных экономических активистов.

Но кризис Covid-19 меняет все фундаментальные аспекты. По видимому, необходима крупномасштабная организация, чтобы справиться с огромным кругом проблем, которые возникли из-за вируса. И наиболее успешными оказались государства, которые приняли самые агрессивные формы надзора и контроля.

Даже самый пылкий посткапиталист должен признать, что небольшие социальные предприятия не могли оборудовать гигантскую больницу в течение нескольких недель.

Существует множество примеров того, как местные предприятия занимаются доставкой продуктов питания, есть значительный объем взаимопомощи.

Однако население глобального севера в основном закупается в крупных супермаркетах со сложными логистическими цепочками.

После коронавируса

Долгосрочным результатом Черной смерти стало укрепление власти крупного бизнеса и государства. Те же самые процессы происходят и во время блокировок коронавируса, только намного быстрее.

Мы должны быть осторожны с казалось бы явными историческими уроками. История никогда не повторяется. Обстоятельства каждого времени уникальны. Поэтому «неуместно» относиться к «уроку» истории как к серии экспериментов, доказывающих определенные общие законы.

Covid-19 не убьет треть любого населения. Поэтому, несмотря на тяжесть последствий, они не приведут к такой же нехватке трудящихся. А
самым большим отличием является то, что вирус приходит в разгар другого кризиса — изменения климата. Существует реальная опасность, что восстановление экономики будет противоречить необходимости сокращения выбросов углерода. Это

сценарий кошмара, в котором Covid-19 является просто приквелом к чему-то гораздо худшему

Черная смерть и Covid-19 вызвали как концентрацию, так и централизацию бизнеса и государственной власти. Но самый большой вопрос заключается в том, справятся ли эти мощные силы с грядущим кризисом.

Авторы:

Элеонора Рассел — кандидат исторических наук в Кембриджском университете. 

Мартин Паркер — профессор организационных исследований в Бристольском университете.

Самое читаемое
© «365 Info», 2014–2020 info@365info.kz, +7 (727) 350-61-36
050013, Республика Казахстан г. Алматы, мкр. Керемет, дом 7, корпус 39, оф. 472
Заметили ошибку в тексте? Выделите ее и нажмите Ctrl+Enter