Нур-Султан
Сейчас
1
Завтра
15
USD
431
-2.56
EUR
516
-0.24
RUB
5.69
+0.07

Казахстан теряет своих ковбоев — немногие хотят оседлать суровую жизнь — иноСМИ

687

Жизнь для казахстанских ковбоев уже давно не является легкой. Сегодняшние ковбои — потомки кочевников, которые бродили по Центральной Азии до 1864 года. То есть до того момента, когда царская Россия насильно заставила их остепениться.

Российские чиновники и поселенцы постепенно отобрали все пастбища кочевников. А после революции 1917 года отобрали и скот, принудив кочевников трудиться в колхозах. Но они все равно умели держаться в седле и стали ковбоями уже не для себя, а для государства.

Ковбой — не престижно

Жизнь в степи настолько трудна, что сегодняшние казахские ковбои не хотят, чтобы их дети последовали их примеру. Они гордятся, что в быстро модернизирующейся стране обеспечивают связь с кочевым прошлым нации. Но говорят детям, что работу все же лучше найти более оседлую и высокооплачиваемую.

Шестидесятитрехлетний Ерлан Кожаков работает ковбоем на территории между Алматы — самым большим городом в Казахстане, и границей с Китаем. У него трое сыновей и три дочери. Все они, за исключением одного, последовали его совету не верить в романтические представления о выпасе скота и не верить школьным учебникам, воспевающих славу кочевых традиций предков.

В Алматы разрушают могильник сакской эпохи — в 500 метрах от акимата

По определению Кожаков не традиционный кочевник, так как каждую зиму он с семьей возвращается в одну и ту же деревянно-кирпичную хижину в замерзшей степи. Рядом с домом амбары и загоны для скота. Но он и другие чабаны представляют собой остатки исчезнувшего прошлого… от которого современный Казахстан благодаря огромным запасам нефти отчаянно хочет убежать.

Остановившись покурить, пока овцы и коровы исчезают в тумане, накрывшем промозглую степь, Кожаков рассказал, что научился сидеть в седле еще пятилетним мальчишкой, он видел в фильмах американских ковбоев и ужасно им завидовал.

«Их жизнь такая легкая по сравнению с нашей», — сказал он. Зарабатывает он менее 300 долларов в месяц, что составляет всего две трети от среднего заработка по стране. И дорогие автомобили, которые гоняют по новому шоссе, построенному через пастбища, напоминают ему, насколько лучше живут многие казахстанцы.

Любовь по принуждению

Недавно чабан купил себе новую пару кожаных сапог с войлоком, но все еще мерзнет после ежедневной езды в холодную погоду с раннего утра до вечера.

В то время как его старший сын пошел по стопам отца, остальные дети

«видят нелегкий труд ковбоя и хотят выбрать для себя что-то другое».

Младшая дочь отличница, изучает экономику в университете Алматы.
Супруга Кенже Кожакова выросла на другом конце страны, недалеко от западной границы с Россией. Она рассказала, как в 18 лет приехала погостить к своей сестре, а там ее «украли», таковы традиции. После этого она вынуждена была выйти замуж.

На что должен обратить внимание Казахстан, председательствуя в ЕАЭС? — эксперт

«Он увидел меня и решил, что хочет видеть женой только меня», — рассказывает Кенже, вспоминая, как Кожаков, которого она до того момента никогда не видела, ее «украл». Ее держали в доме «жениха», пока она не согласилась выйти за него замуж.

«К счастью, он все еще любит меня», — смеется мать большого семейства. Она готовит баранину с рисом для среднего сына, недавно он вынужден был вернуться в родительский дом, так как был водителем под Алматы, но потерял работу.

Забытый бренд

Прошло уже почти 30 лет с тех пор, как Казахстан стал независимым. Страна пытается возродить память предков, гордиться своими традициями и при этом доказать, что казахи могут стать частью современного мира.

На международной выставке ЭКСПО-2017, которая прошла в Нур-Султане, был показан не только современный Казахстан. Организаторы создали «Город кочевников», чтобы показать «особенности и богатство нашей уникальной цивилизации».

Российский проект по искоренению кочевой жизни, начатый царским режимом и осуществляемый красными комиссарами, был настолько успешным, что к моменту распада Советского Союза в 1991 году от кочевой жизни остались только ковбои, привязанные к колхозам.

Казахстан, крупнейшая в мире страна, не имеющая выхода к морю, занимает площадь почти в четыре раза большую, чем Техас. При этом имеет население только 18 миллионов, что оставляет много свободного пространства для выпаса скота.

В первые два десятилетия после получения независимости Казахстан в основном сосредоточился на развитии нефтяных месторождений и игнорировал животноводство. В результате поголовье скота резко сократилось. На произвол судьбы бросили и людей, которые занимались его разведением.

Ностальгия по СССР

В 2012 году государство выделило огромнее средства на возрождение скотоводства. Правительство отправило своих ковбоев в штат Северная Дакота на учебу. Кроме того, в помощь казахстанским скотоводам наняли американских ковбоев. Казалось поголовье скота в результате этих инвестиций начало увеличиваться.

Однако почти все выделенные средства получили крупные скотоводческие хозяйства, аффилированные или вообще принадлежащие государству. Самостоятельным ковбоям, таким как Кожакову, ничего не досталось. Поэтому вместо того чтобы радоваться прогрессу своей страны, супруги говорят, что скучают по Советскому Союзу.

Новый алфавит на латинице и компьютер: что надо исправить? — обзор казСМИ

Кенже рассказывает, что в момент развала СССР они жили на отдаленных пастбищах. Не было даже телефона, поэтому они не знали, что случилось. До тех пор, пока совхоз, на который они работали, не перестал присылать средства.

«Руководители были очень заняты дележом имущества совхоза, и о нас никто даже не вспомнил», — говорит она.

Ее муж нашел работу в новой частной скотоводческой компании, которая часто задерживала зарплату и настаивала на том, чтобы запасы кормов использовались только для кормления собственных животных компании, а не тех, которые принадлежат Кожакову. Пришлось продать 200 своих овец, потому что он не мог их прокормить.

«Эти новые люди считают каждую копейку и не хотят платить тем, кто пасет их скот», — жалуется Кенже, ностальгируя по советским временам. По ее словам, тогда никто в совхозе не обращал внимания, что ковбой использует корма, заготовленные на зиму, и для своего скота.

Лучше на машине, а не в седле

Алидин, девятилетний сын другого ковбоя Нуржана Мажита, живущий на пастбище примерно в 100 милях от Кожаковых, сказал, что не собирается следовать примеру отца. Он хочет стать богатым фермером, таким как хозяин, который приезжает проверить своих коров на дорогой машине.

Жена Нуржана рассказывает, что ее пятеро детей, которые живут в городе, чтобы ходить в школу, каждый раз плакали, когда возвращались в степь к родителям — жизнь там тяжелая, а животных они не любят. Никто из них не хочет быть ковбоем, как их отец.

«Мои сыновья видят, как хозяин коров приезжает на своем шикарном джипе, и хотят быть им, а не как их отец», — сетует Рангкуль. Один хочет стать врачом, другой — полицейским.

Зарплату Мажиту не платят. Он пасет хозяйский скот в обмен на разрешение бесплатно кормить свой собственный. И радуется, что горизонты его детей простираются дальше жизни в степи. Тем не менее он надеется, что профессия ковбоя в стране все же не исчезнет.

«Ковбои не исчезнут, потому что они душа Казахстана», — утверждает он.

все фото: The New York Times/Эндрю Хиггинс

© «365 Info», 2014–2021 info@365info.kz, +7 (727) 350-61-36
050013, Республика Казахстан г. Алматы, мкр. Керемет, дом 7, корпус 39, оф. 472
Заметили ошибку в тексте? Выделите ее и нажмите Ctrl+Enter