18+
Нур-Султан
Сейчас
8
Завтра
7
USD
379.29
0.00
EUR
426.4
0.00
RUB
5.93
0.00

Российский спецназ мог бы прийти в Казахстан — предложение эксперта

Российский политолог Булат Мурзагалеев заявил, что для усмирения террористической атаки в Актобе могли бы быть введены российские войска, а сам теракт был направлен против функционирования ЕАЭС. Что стоит за словами эксперта и зачем он выступил с такой вольной трактовкой событий?     

Башкирский Центр геополитических исследований «Берлек-Единство» (город Уфа) опубликовал статью политолога Булата Мурзагалеева «Казахстан пытаются сделать следующим звеном в поясе нестабильности вокруг России». В материале эксперт дает свой анализ террористических событий, произошедших в казахстанском городе Актобе в начале июня 2016 года.

Зачем сравнивать Казахстан с Ливией?

Размышляя о целях террористов, Булат Мурзагалеев пишет: «Любопытно, что теракты, произошедшие в Актобе, по своему сценарию напоминают, например, печальный ход событий в Ливии. В данном контексте у Казахстана и Ливии достаточно много сходств».

Политолог Булат Мурзагалеев: теракты в Казахстане

Булат Мурзагалеев

Далее идет, на наш взгляд, довольно спорное утверждение об этих сходствах.

«Казахстан (как и Ливия до недавних пор) – это успешное развивающееся государство с достаточно высоким уровнем жизни населения и успешно функционирующей даже в условиях всеобщего кризиса экономикой. Тем не менее,

государственности Ливии как таковой пришел конец после того, как считающиеся сначала повстанцами лица захватили воинскую часть в Бенгази и инициировали гражданскую войну

Актобе = Бенгази

Немаловажно то, что впоследствии мировое сообщество признало в этих самых повстанцах исламистских боевиков, которые, как оказалось, были привезены в Ливию из-за границы. Иными словами, именно в Бенгази родилась сила, оказавшаяся способной разрушить то, что строилось десятилетиями. Странно или нет, но

Актобе с точки зрения территориального расположения мог бы стать точкой исхода деструктивного влияния на Казахстан, как Бенгази для Ливии

Город достаточно далеко стоит от других крупных центров и группировок ВС РК, которые в большинстве своем сосредоточены на юге страны».

Российские миротворцы придут в Казахстан?

Следующее утверждение еще смелее.

«Конечно, в случае если бы боевики смогли-таки взять воинскую часть Национальной гвардии РК и продолжить бесчинствовать в Актобе

на выручку могли бы быть отправлены Коллективные силы оперативного реагирования (КСОР) ОДКБ, костяк которых, по понятным причинам, составляют именно российские силы

Однако именно этот факт сыграл бы злую шутку с положением России на мировой арене, поскольку даже полностью соответствующий нормативно-правовым стандартам процесс вмешательства российской стороны в решение возможной проблемы Казахстана был бы в обязательном порядке воспринят западной частью мирового сообщества вмешательством во внутренние дела государства, как в случае с Украиной. Стала бы возможной заведомо искаженная интерпретация российского участия для ухудшения взаимоотношений русских казахстанцев с этническими казахами».

И в конце еще один пассаж из статьи башкирского эксперта.

«Интересно и то, что

если бы боевики одержали верх в Актобе, под ударом оказались бы крупные межгосударственные проекты. В первую очередь речь идет конечно же о ЕАЭС

Горячая точка в столь важном для постсоветского пространства региональном проекте отодвинула бы его реализацию на долгие годы, если не десятилетия».

Политолог пытается объяснить

Мы связались с автором статьи Булатом Мурзагалеевым и попросили его ответить на три вопроса.

— Вы пишите: «Город достаточно далеко стоит от других крупных центров и группировок ВС РК, которые в большинстве своем сосредоточены на юге страны». На самом деле, в Актобе и вокруг города есть воинские части. И не так далеко — в Атырау (524 км по прямой) — находится штаб регионального командования «Запад». Так что при необходимости перебросить часть аэромобильных войск или того же спецназа — дело совершенно простое.

Б.М.: — Речь идет не о точном повторении сценария и не о том, что экстремисты действительно могли захватить ту же воинскую часть с последующим распространением своего деструктивного влияния на куда большие территории, и им никто и никогда не смог бы помешать. Конечно же, это не так. При столь малой, к счастью, представленности радикалов

теоретически мог произойти захват какого-то количества боевой техники, что впоследствии значительно усложнило бы задачу по поимке и уничтожению деструктивных элементов

Потери со стороны представителей силовых ведомств и мирных жителей в таком случае могли многократно возрасти. Отрадно, что этого не допустили. Но дело в глобальном понимании происходящего. Казахстан проходит «проверку на прочность», и проходит он ее более чем успешно.

Но, тем не менее, такие точечные прецеденты говорят, например, о том, что в современном развивающемся государстве, в котором проводится грамотная политика по межнациональным отношениям, все равно имеются радикально настроенные личности, готовые в любой момент взяться за оружие. Исходя из сообщений в информационном пространстве, а также опыта общения с казахстанскими коллегами, я пришел к выводу о том, что

в западных областях страны радикальные течения функционируют наиболее активно и численность лояльных к их взглядам обывателей более высоко, нежели в других регионах

С этой точки зрения столь наглые действия хоть и горстки радикалов являются более чем «тревожным звонком» как для Астаны, так и для всего постсоветского пространства.

Ни в коем случае не претендуя на роль последней инстанции я все же считаю показательным, что теракты произошли именно в г. Актобе, а не в том же Атырау, где, как вы верно отметили, находится штаб регионального командования «Запад».

— В вашей статье написано: «…если бы боевики смогли-таки взять воинскую часть Национальной гвардии РК и продолжить бесчинствовать в Актобе, на выручку могли бы быть отправлены Коллективные силы оперативного реагирования (КСОР) ОДКБ, костяк которых, по понятным причинам, составляют именно российские силы». Но такая теза противоречит самому принципу ОДКБ. Никакой угрозы национальной безопасности и территориальной целостности для Казахстана кучка экстремистов в Актобе не представляла.

Б.М.: Опять-таки речь идет не совсем о конкретной террористической акции в Актобе. Она лишь является модельным примером, который, тем не менее, явственно продемонстрировал отчаянность экстремистов, готовых пойти на все ради своих низменных целей. В то же время принципы ОДКБ позволяют организации действовать на территории стран-участниц для предотвращения распространения нестабильности. Свои суждения я строил на гипотетической возможности дестабилизации по примерно следующему сценарию:

— первая волна радикалов захватывает оружейные магазины (произошло) и совершает попытку захвата воинской части (не произошло);

— следующая волна могла восполнить потери среди радикалов и увеличить их активную численность, что при условии захвата техники и вооружения в условиях города более чем опасно, даже учитывая находящийся в 600 км штаб регионального командования.

Сама же акция, учитывая рукотворность феномена экстремизма на постсоветском пространстве в принципе, могла являться как раз таки провокацией для Москвы. Ведь

если бы Астана не смогла своими силами противостоять опять-таки возможной масштабной активизации экстремистов, Россия обязательно пришла бы на помощь

Благо Казахстан обладает необходимыми ресурсами для реагирования на подобные события.

— Вы пишите: «Если бы боевики одержали верх в Актобе, под ударом оказались бы крупные межгосударственные проекты. В первую очередь речь идет конечно же о ЕАЭС. Горячая точка в столь важном для постсоветского пространства региональном проекте отодвинула бы его реализацию на долгие годы, если не десятилетия». Не могли бы вы обосновать этот тезис? Ведь также спокойно можно, например, сказать: «Перестрелка с боевиками во время проведения спецоперации в Сулейман-Стальском районе Дагестана 16 июня 2015 года поставила на грань распада весь СНГ»… 

Б.М.: Я писал о возможной последующей дестабилизации более крупной территории, для которой

теракты в Актобе могли стать отправной точкой/прицельной акцией/проработкой сценария активных боевых действий с учетом понимания примерных контрмер со стороны правоохранительных органов и т. д.

В данном контексте Казахстан (как территория, на которой проходят основные торговые пути Евразийского экономического союза или важнейшие ж/д и автодороги того же Экономического пояса «Новый шелковый путь») является более чем значимой страной, дестабилизация какого-либо региона которой в любом случае отрицательно скажется на реализации таких проектов. Не стоит забывать, что для Республики Казахстан, отличающейся стабильностью, спокойствием и внутренней гармонией в вопросах межнационального и межрелигиозного характера, подобные события являются крайней редкостью. От того и уровень угрозы для стабильности центрально-азиатского государства выше.

Вместо послесловия

Итак, точки над Ï вроде бы расставлены. Но неприятное чувство остается. Ведь статью Булата Мурзагалеева уже прочитало множество людей, совсем незнакомых с ситуацией в Казахстане. И благодаря прочитанному материалу у них сложатся новые и неверные стереотипы вроде «Казахстан повторяет судьбу Ливии» или «В случае еще одного теракта в Казахстане Россия введет свои войска для подавления радикалов». И извиняющихся комментариев к этому уже никто не даст.

Теракты в Актобе: кто виноват и что делать?