18+
Нур-Султан
Сейчас
16
Завтра
10
USD
378.93
0.00
EUR
423
0.00
RUB
5.87
0.00

Как ученые Казахстана помогают пилить бюджет?

Неофициальные научные звания — не роскошь, а инструмент в достижении важных целей. Например, так в России умелые люди пилят бюджеты. И не только в  России.

Карагандинец Владимир Меркулов получил Медаль Нобеля. Награду присудила Российская академия естествознания (РАЕ). Сам преподаватель Карагандинского государственного индустриального университета считает ее заслуженной «оценкой своей работы за вклад в развитие изобретательства», в связи с чем гордо дает интервью СМИ. Вот только в Министерстве образования и науки Российской Федерации эту медаль Нобеля назвали сувениром, которым можно потешить свое тщеславие и не более.

А в Российской академии наук о такой награде ничего не слышали, но зато много знают о сомнительных «достижениях» Российской академии естествознания…

mikhailchenko_nobelГромкие звания помогают коррупции в стране

– РАЕ – почти в чистом виде пример бизнеса на званиях и статусах. Когда СССР стал разваливаться, появилась возможность создавать любые организации. В частности,

многие ученые, которые не смогли пробиться в члены АН СССР, обнаружили, что можно создать свою академию и в ней стать академиком,

– рассказал в интервью порталу 365info редактор сайта Комиссии РАН по борьбе с лженаукой Александр Сергеев. – Формально – это просто общественные организации. Собственно, никто же не может помешать желающим объединяться в каких-то своих личных целях. И называться академиями тоже не запрещено. Представляете, на визитке можно написать «академик», по телефону секретарь будет отвечать «академик Имярек сейчас занят». Но главное, можно приходить к чиновникам в статусе академика, и они будут принимать тебя за более или менее равного.

Людям до сих пор бывает полезно представляться академиком, пусть и неизвестно чего, или гордиться медалями и орденами, пусть и выданными неизвестно кем. Но главное, под маской науки и с помощью своего академического статуса можно двигать любые безумные идеи, и люди будут верить.

Неопытные (или наоборот коррумпированные) бюрократы воспринимают (или делают вид, что воспринимают) эти статусы за чистую монету. К примеру,

надо какой-то распилочный лохотрон провести через экспертизу? Соберем экспертный совет из академиков неизвестно каких академий и одобрим. Очень выгодно

Кстати, про медали РАЕ: если покопаться на их сайте, то можно убедиться, что они покупаются за деньги, вернее, взносы. Конечно, не про все их награды так написано, но про некоторые.

– То есть сейчас хочешь – купи звание академика, а хочешь — место на Луне?

– Вы совершенно верно проводите аналогию с продажей участков на Луне. Это очень похожие явления.

– Но почему среди академиков РАЕ такие известные личности как Геннадий Онищенко, Юрий Куклачев, Рамзан Кадыров, Николай Дроздов?

– Надо учитывать, что не все общественные академии и академики совсем уж лженаучные. В общественных академиях были и есть как мистификаторы, так и настоящие ученые, которым статус академика был полезен для продвижения вполне научных работ.

К примеру, в РАЕН (Российская академия естественных наук), были и даже есть вполне разумные ученые такого уровня как Сергей Капица, но лжеученые академики эту организацию дискредитировали.

– Звание академика не потеряло свой авторитет из-за таких организаций?

– Во многом потеряло. Как и из-за хронического недофинансирования настоящей науки и настоящих академий.

– Почему такие организации не запрещены, ведь они, по сути, вводят людей в заблуждение?

– Закон не запрещает вводить людей в заблуждение, если это не используется для мошенничества (присвоения чужого имущества). Врать нехорошо, но не запрещено. И потом, строго формально они не врут.

Заблуждение же возникает в силу исторически причин. В СССР не было крупных свободных объединений граждан. Желающие заниматься наукой должны были входить в одну из официальных структур. Тогда были любительские научные общества, были и более профессиональные объединения. Самой высшей официальной научной структурой была АН СССР. По сути, АН СССР была министерством и госкопорацией по развитию науки в одном флаконе, а академики по своему статусу были подобны чиновниками от науки высокого уровня. За многими из них стояли деньги и административный авторитет. Стать академиком было вершиной советской научной карьеры. Этот статус открывал многие двери.

Даже многие годы спустя после распада СССР очень многие, в том числе и чиновники, слыша звание академика, сразу проникаются уважением и доверием, забывая уточнить, какая именно академия присвоила это звание.

Про академиков Кадыровых

– Вот этот преподаватель из Караганды, зачем ему эта медаль? Она ничего не дает, а репутация ее происхождения сомнительна, он этого не понимает?

– В голову конкретному преподавателю не залезешь, так что трудно судить о мотивах.

Одни сами покупают себе статусы, зная, что это поможет по работе, другим (обычно начальникам) такие вещи дарят коллеги в качестве сувенира. Но некоторые при этом могут воспринимать такие штуки всерьез и даже не догадываются, что это что-то ненормальное.

К примеру, приходит красивый большой конверт, где выражается восхищение вашими научными заслугами. Говорится, что Академия заметила и оценила ваши труды и хочет наградить вас медалью. Потом много разных еще транзакций. И где-то между делом сообщается о том, что надо внести оргвзнос 10 тысяч рублей.

А еще

для повышения своего престижа и влияния такие академии часто сами дарят свои статусы и награды «нужным людям». Отсюда и академик Кадыров

– С академиками, которые не имеют абсолютно никакого отношения к открытиям и изобретениям, все понятно, но настоящие ученые — они что, тоже не могут отличить лжеакадемию от академии?

– Настоящие ученые обычно все прекрасно отличают. Но не забываем, что академики – это не только ученые, но и администраторы. И многие из них были готовы «ради пользы дела» использовать статусы общественных академий, закрывая глаза на лженоваторов, которые туда набиваются.

Многие академии изначально создавались лжеучеными — под продвижение каких-то безумных теорий или напрямую для мошенничества. Например, Международная академия информатизации и Академия тринитаризма – примеры чисто лженаучных академий.

– Это под УК попадает?

– К сожалению,

формально по закону нельзя практически ничего предпринять против таких академий

Даже если раскрывается реальное мошенничество, то посадят конкретного академика РАЕН – Грабового, например, но против РАЕН ничего не будет. Но здесь есть две красные линии.

– Какие?

– Человек не имеет права намеренно обманывать с целью получения выгоды (мошенничество). Но намерения эти очень трудно доказать. И вторая – государство не имеет право поощрять чушь и тратить общественные средства на недоказанные вещи. Вот здесь влиять легче, но нужно собирать силы, чтобы доказывать, что нечто является мистификацией.

НАГРАЖДЕНИЕ 2

Фото с сайта nauka-nanrk.kz

Наши академики из Национальной академии наук тоже получают медали от РАЕ, как к этому относиться?

– Зачем академикам НАН медали тщеславия, я не знаю. Вполне возможно, что это просто повод для дополнительного пиара, некоторым администраторам он нужен чисто технически. Также надо понимать, что «настоящие» академии не избежали лженаучной коррозии,

далеко не все «настоящие академики» – настоящие

Не забудем, что в СССР была АН СССР и были национальные академии в республиках. Они до некоторой степени играли роль нынешних общественных академий. Нынешние НАН постсоветских стран – это наследники республиканских академий СССР, где научный уровень был заметно ниже, чем в АН СССР.

– Мировая научная общественность как-то осуждает ситуацию с псевдонаградами?

– Мировая общественность не очень-то следит за этой возней. Тем более что в мире совсем другое отношение к академиям. Там академии всегда были общественными организациями, и никто не воспринимал их как верховные научные инстанции.

Например, в Нью-Йоркскую академию наук можно вступить за ежегодный взнос около 100 долларов. Но это, по сути, цена подписки на их журнал и некоторые другие услуги. Никто не считает, что вступив в эту академию, ты становишься ученым. Скорее, ты становишься человеком, поддерживающим науку.

– То есть наш академик в мировой науке никто?

– Нет, в мире знают, что в постсоветских странах наука организована в форме государственных академий наук. Но статус доктора наук для них гораздо понятнее, чем звание академика.

– А к наградам как относятся?

– В мире обычно смотрят не на сам факт награды, а на репутацию того, кто наградил. Ученые часто упоминают в резюме о наградах. Но у них должен быть очень уважаемый источник. Никто не будет стесняться медали Филдса (это аналог Нобелевки для математиков). Но награда РАЕ никому ни о чем не говорит. А если кто-то копнет, то она может и дискредитировать ее носителя. Мол, что это он хвастается медалью сомнительной организации? Может, он и сам сомнительный?

– Значит, в мире серьезные ученые про РАЕ не знают?

– Не знают. Если бы узнали – пожали бы плечами: мало ли кто как тешится. В мире и своих чудаков хватает. Не надо его идеализировать. Там тоже есть лженаука…

Вечный двигатель очень полезен для распилов бюджета

– В России есть комиссия по борьбе с лженаукой. Можете рассказать, чем вы занимаетесь?

– Работа комиссии в том, чтобы предупреждать мошенничество на основе лженауки и вести просветительскую работу, объясняя, как отличать науку от лженауки и мистификаций.

Просветительская функция – это, например, наш разговор. Я рассказываю вам, вы – своей аудитории.

– И все?

– При всей вредности лженауки, бороться с ней надо только законными и корректными методами. Грубая цензура, запреты и разгоны не приносят пользы. Скорее, могут навредить. Запретный плод, как известно, сладок. А еще всегда есть опасность, что запреты станут применяться в личных интересах. Борьба с лженаукой — область сложная, потому что

люди имеют не только право говорить чушь, но и верить в чушь

Поэтому нужно долгой и упорной работой постепенно менять общий информационный фон в стране.

А с мошенничеством мы боремся – проводим экспертизу проектов, за которой к нам время от времени обращаются разные государственные органы. Например,

сейчас готовим экспертизу по запросу следствия на систему, якобы повышающую энергию сгорания топлива. Под нее распилено около 500 млн руб

– Деньги, конечно, из госбюджета?

– Вероятно, это был коррупционный сговор лженаучных разработчиков с местной администрацией, то есть не лженаучное исследование, а практическое внедрение «вечного двигателя». Кто-то должен в таких случаях сказать веское слово. Вот к комиссии по таким случаям и обращаются.

Про околонаучную гомеопатию

– Лет пять назад при участии нашей комиссии удалось свалить псевдоизобретателя Виктора Петрика, имевшего политическое прикрытие в лице Бориса Грызлова, лидера правящей партии «Единая Россия». Это была большая война. Там

планировалось распилить многие миллиарды долларов на повсеместном принудительном внедрении фильтров Петрика

Про эти «нанотехнологические» фильтры для воды утверждалось, что они в сотни раз эффективнее лучших мировых образцов. На деле же они уступали по характеристикам обычным магазинным фильтрам.

Но есть и более серьезные проблемы, к которым пока трудно подступиться. Гомеопатия, например. В начале 90-х ее полуподпольно протащили в государственную медицину без всяких научных обоснований. А это миллиарды долларов и официальные статусы.

– Интересно как! Я тоже своего ребенка у гомеопата лечу.

– Считайте, что водите к психотерапевту. Может быть даже поможет. При некоторых проблемах эффект плацебо довольно силен.

А вообще, если интересно, посмотрите книжку Аси Казанцевой «В интернете кто-то неправ». Там большая глава про гомеопатию, а на обложке — рекомендация председателя нашей комиссии академика РАН Евгения Александрова.

200 лет назад создатель гомеопатии Самуэль Ганеман объяснял ее смесью алхимии и эзотерики. Сегодня подогнали новые осовремененные объяснения – структура и память воды, информационные матрицы и прочая муть.

– То есть распространенная и очень дорогая гомеопатия – это лженаука?

– Качественные клинические исследования не выявили пока ни одного заболевания, при котором гомеопатическое лечение имело бы доказанную эффективность.

Да, это лженаука. Она проникла в структуру государственной медицины и закрепилась там. И

никакая академическая комиссия вот так запросто ее оттуда не выгонит. Ведь это десятки тысяч врачей и миллиарды долларов

– Это можно назвать мошенничеством?

– Мошенничество – это обман с целью присвоения чужой собственности. Если гомеопат знает, что его лечение – пустышка, но зарабатывает на обмане клиента, то это мошенничество. Но ведь в голову к нему не залезешь. На словах-то все убеждены в эффективности. А тогда это не мошенничество в смысле УК.

– Тогда как это назвать?

– Мистификация, наверно…