18+
Нур-Султан
Сейчас
8
Завтра
10
USD
389.62
+0.10
EUR
429.98
+0.77
RUB
6.06
-0.01

Неудобное интервью с трудным художником

322

Художники — неудобные люди. Рисуют не то, говорят не так, рассуждают не о том. Художнику всегда сложно вписаться в поток новостей, экономические тенденции и политические реалии — потому что искусство не об этом. Оно о трудном — о том, что внутри нас. Всегда. Было и будет. И это сложно и неприятно — копаться там. Особенно, когда есть поток новостей, экономические тенденции… 

Павел Овчинников не так давно провел в Алматы необычную выставку  «Радости потребления». Вместо картин там были коллажи: как в жизни потребителя — покупки и мозаика брендов вместо собственно жизни. Об этом и наше интервью с Павлом.

— Вас называют мастером коллажного искусства. Почему вы выбрали это направление?

— Я не выбирал, как-то само пришло. Я занимаюсь этим с юности, начиная с 1984 года, когда появились новые картинки, журналы. Не хотелось просто, как бабушка, копить вырезки из «Огонька». Хотелось их во что-то преобразить.

— Вы помните свой первый коллаж?

— Да, конечно. Там посередине была русская церковь, Beatles и еще что-то. Слава Богу, это все уничтожено.

— Почему? Это же интересно.

— В сложный период своей жизни я решил избавиться от хвоста. И уничтожил ранние работы.

— В прессе вас называют «экстравагантным интеллектуалом». Как вы думаете, за что?

— Так проще. Слово «интеллектуал» можно рассматривать и как ругательное. А экстравагантным, наверное, потому что я не очень люблю публику и общение. Я — домосед. И дома чувствую себя на своей территории.

— Судя по всему, сейчас быть домоседом — это  тоже экстравагантность.  Одна из ваших крупных выставок находится в торговом центре и называется «Радости потребления». Почему именно эта тема?

— Мы сейчас живем в обществе потребления. И разница между нищетой и людьми, которые могут многое себе позволить и повысить их статус, растет и растет. Мы живем в Алматы — культурном центре. Вокруг много рекламы. Все продают.

— Все покупаем, а сами ничего не делаем.

— Мой папа меня учил, что самое страшное — быть потребителем.

— Почему?

—  Продукт – это результат производства.  Продуктами потребления являются экскременты. Есть продукты для потребления. Цепочка: продукты для потребления — продукты потребления. А вот производства нет.

— А совсем без потребления ведь невозможно!

— Никто не говорит, чтобы совсем без потребления. Речь о доминанте.

ovchinnikov_collages_b2a-16

фото с выставки Павла Овчинникова «Радости потребления»

— Для вас радости потребления – это удовлетворение насущных потребностей или удовольствие?

— Если мы говорим о выставке, то вся радость от потребления. От другого мы радость получить не можем.

— А вы воспринимаете шопинг как досуг или как практическую необходимость?

— Необходимость.

— То есть в вашем случае нет крайних форм потребления?

— Есть. Например, набираешь хорошие пластинки, а слушать времени не хватает. Книги набираешь, ставишь на полку, а читать не получается. Кажется, что все это — культурное развитие. А на самом деле – потребление.

— Я как раз хотела спросить: какие виды потребления доставляют вам большее удовольствие?

— Пластинки.

— We joy of consumption. Так звучит ваша англоязычная выставка. А знаете ли вы, что слово «consumption» переводится еще как «увядание от болезни». По-вашему, когда радость потребления превращается в болезнь?

— Когда она становится единственной целью и возможностью для жизни, а статус начинает зависеть от того, сколько мы имеем  или еще можем приобрести – вот это уже увядание и болезнь. Это происходит не только в нашем обществе, но и в мире.

— В западном мире это уже давно произошло. Хотя там производят больше, чем у нас.

— Ощущение, что все производят только в Китае. А остальной мир просто пользуется.

— Получается, Китай совершенен?

— Нет. Вечная Поднебесная выживает.

— Они пользуются нашим потребительством. Павел, тогда прокомментируйте свои работы с точки зрения этой тематики.

— В центре работ взаимосвязи высокого и низкого, гламура и неэстетичного. В работе «Спираль» спираль выстраивается из предметов, которые в нее затягивают. Внешне вроде все радостно, но…

— Так радость все-таки есть?

— Радость творчества. Когда я готовлю коллаж – это радость. Когда показываю его другим и продаю – уже не так радостно.

— Я понимаю, что вырезание – самый длительный процесс?

— Самое длительное – это отбор. Долго ищешь идею, потом думаешь, что с чем скомпилировать. А вырезать и наклеить – это просто техника.

— Сколько времени уходит на работу?

— Трудно сказать. Идею можно вынашивать годами, а наклеить за один день.

— Впервые термин «общество потребления» ввел немецкий социолог Эрих Фромм. По его мнению, «любовь — это творческая деятельность, а не слепая страсть, ведущая к безумным поступкам». Что любовь для вас?

— Не знаю. Любовь – это точно не страсть. Это терпение и труд.

— Вы когда-нибудь теряли голову от любви?

— Безусловно.

— А где гарантия, что вы не потеряете голову в магазине при покупке пластинки?

— Возможно. Но это не имеет отношение к любви.

— Механизм один и тот же.

— Желание любить и желание иметь – не одно и то же. У кого-то они могут пересекаться. Но это разные вещи.

— Российский академик Владимир Арнольд писал со ссылкой на своих американских коллег, что низкий уровень общей культуры и образования в Америке — «сознательное достижение ради экономических целей». Согласно этой логики, начитавшись книг, образованный человек становится плохим покупателем. Вы, как обладатель одной из самых изысканных библиотек в городе, можете назвать себя плохим покупателем стиральных машин и автомобилей?

— Я плохой покупатель стиральных машин и автомобилей. К технике равнодушен. Только самое необходимое.

— А вы согласны, что моральные ценности потребителя не предполагают его всестороннего умственного и физического развития?

— Здесь мне хочется перепрыгнуть. Леонид Леонов писал по поводу фразы «в здоровом теле -здоровый дух», ставшей клише в советское время: «изначально была фраза, что нужно еще молить богов, чтобы в здоровом теле был здоровый дух». То  есть потребление – это еще не жизнь.

— То есть мы перестаем думать, созидать. Деградируем.

— Безусловно.

— Существует мнение, что потребление заставляет сделать более ответственным правительство и привести к социальной стабильности.

— Интересно, каким образом?

— С материальной точки зрения, общество потребления — развитое общество,

— С материальной точки зрения людям что-то навязывают. А правительство навязывает все больше и больше.

— А почему вы думаете — навязывает? Толпы людей прогуливаются по развлекательным центрам, получая удовольствие.

— Центры сегодня замещают все. Там и кинотеатр, и детские площадки, и искусство.

— Мы же сами клюем на это. Никто же не отменял походы в горы, костры у речки.

— Кто-то этим еще занимается. Но людям проще, отработав неделю, поехать за покупками и получить от этого удовольствие, чем ехать куда-то и организовывать отдых.

— Я вам больше скажу. Есть мнение, что потребление способно снять социальную напряженность, смягчить национальные и религиозные предрассудки, сделать людей более терпимыми.

— А нужна ли эта терпимость?

— Как проявление толерантности — нужна.

— Есть два проявления толерантности. Я не люблю тебя, но уважаю твое мнение. И наоборот. Я люблю тебя, но не уважаю твое мнение.

— В данном случае речь о снятии национального напряжения.

— Потребление может отсрочить назревающий кризис. Но он все равно разразится, так как потребление приведет к тому, что некому будет производить. А общество, разучившееся мыслить и созидать, все равно подойдет к кризису.

— Павел, вы верите в Бога?

— Думаю, нет.

— Патриарх Кирилл в одной из своих проповедей сказал: «простые люди покупают вещь и радуются. А безудержное потребление убирает эту радость. Если все общество встанет на путь безудержного потребления, то земля наша этого не выдержит». Чтобы согласиться с этой точкой зрения обязательно быть религиозным человеком?

— Нет. Эта мысль очевидна. Не важно, кто ее сказал.

— Как сохранить природные ресурсы для новых поколений? Или после нас — хоть трава не расти?

— Общество потребления ведет к тому, что после нас хоть трава не расти. Сохранять ничего не надо.

— Каких результатов вы ждете от своей выставки? Хотите, чтобы купили ваши картины?

— Безусловно. Хочется, чтобы это было не просто покупкой, а радостью. Чтобы моя картина побудила кого-то сделать другую картину.

— Павел, мне очень приятно знакомство с вами. Благодаря Лере Ибраевой, я узнала еще об одном художнике. Мне симпатичны ваши воззрения. Радует, что вы не только потребляете, но и производите.

— Спасибо.

— С вами была Дельцова.

Видео версию можно посмотреть здесь.