Санкционированный митинг против убийства животных сорвали в Аркалыке

Попытка провести в Аркалыке санкционированный митинг против поправок в закон «Об ответственном обращении с животными» завершилась срывом акции.

Организатор мероприятия, общественный инспектор по вопросам ответственного обращения с животными Татьяна Чокан, заявила, что сначала столкнулась с провокацией у собственного дома, затем потеряла время в полиции, после чего приехала на место уже к финалу митинга. К этому моменту площадку, по ее словам, заняли под аварийные строительные работы.

По словам Чокан, неизвестный мужчина не давал ей сесть в такси, утверждая, что его дочь якобы пострадала от нападения собак. После вызова полиции обоих доставили в опорный пункт. Там, как утверждает зоозащитница, оформление затянулось: не оказалось бланков, не работал принтер, затем пришлось ехать за документами в управление. В итоге к месту проведения она прибыла за десять минут до окончания акции.

Уже на площадке участникам сообщили, что участок необходимо освободить из-за аварийных работ. После 13:00, когда митинг должен был завершиться, техника начала покидать территорию. Чокан успела записать видеообращение, в котором заявила, что Аркалык выступает против поправок, допускающих передачу домашних животных в отлов, поскольку в городе нет полноценной инфраструктуры ни для отлова, ни для временного содержания.

Аркалыкская история быстро стала частью куда более крупного конфликта. Спор идет уже не только вокруг одного митинга, но вокруг пересмотра всей модели обращения с безнадзорными животными в Казахстане. Действующий закон «Об ответственном обращении с животными» вступил в силу 2 марта 2022 года и закрепил гуманную модель регулирования, где основным инструментом работы с бездомными животными стала программа ОСВВ — отлов, стерилизация, вакцинация и выпуск.

Теперь именно эта логика поставлена под пересмотр. 8 апреля 2026 года Мажилис принял законопроект с поправками, который затем поступил в Сенат. В карточке на сайте Сената указано, что документ находится на рассмотрении. Поправки затрагивают сразу несколько законодательных актов и меняют базовые принципы работы с безнадзорными животными.

В тексте законопроекта предусматривается создание пунктов временного содержания, вводится обязательное чипирование собак и кошек, местным исполнительным органам передаются полномочия по утверждению правил отлова, временного содержания и умерщвления животных. Одновременно из бюджетной модели стерилизации выводятся бродячие собаки: в документе сохраняется стерилизация за счет бюджета для бродячих животных, кроме собак. Именно эта часть вызвала самый острый протест у зоозащитников, поскольку фактически означает отход от прежней конструкции ОСВВ.

Самая резонансная норма касается эвтаназии. Согласно одобренной редакции, эвтаназия может применяться к бродячим собакам, если они больны, проявляют неоправданную агрессию, не пристроены и не востребованы физическими или юридическими лицами по истечении пяти суток после поступления в приют либо пункт временного содержания. Для кошек такая норма не предусмотрена. Маслихатам при этом оставляют право устанавливать иные сроки временного содержания.

Поправки ужесточают и ответственность владельцев. В законопроекте закреплена обязанность возмещения вреда при нарушении правил выгула, если причинен ущерб человеку, животным или имуществу. Кроме того, при причинении тяжкого либо средней тяжести вреда здоровью человека из-за нарушения правил содержания и выгула владелец обязан провести эвтаназию такого животного.

Сторонники изменений объясняют их провалом действующей модели. Депутат Мажилиса Едил Жанбыршин, представляя законопроект, заявил, что запрос на ужесточение пришел из регионов, где жители жалуются на нападения бродячих собак. По озвученным в парламенте данным, за последний год от укусов собак пострадали 41 366 человек, из них 23 134 — от бродячих собак. По словам депутата, число отловленных животных тоже растет: с 190 тысяч в 2022 году до 276 тысяч к началу 2026 года.

Эта позиция опирается на тезис, что гуманная модель в ее нынешнем виде не дала ожидаемого эффекта по безопасности. В начале 2026 года в Акмолинской области местные ветслужбы прямо говорили, что закон запрещает массовое умерщвление и оставляет только механизм ОСВВ, хотя жалобы на укусы продолжают поступать по всей области.

У противников поправок другая логика. По их версии, проблема связана не с самой моделью ОСВВ, а с тем, что она так и не была полноценно реализована. Они говорят о нехватке инфраструктуры, срывах стерилизации, слабом учете, отсутствии прозрачной статистики и хроническом перекладывании ответственности с владельцев домашних животных на уличную популяцию. После принятия законопроекта в Мажилисе начались сбор подписей и обращения в адрес высших органов власти с требованием не допустить возвращения к практике массового уничтожения животных.

В этом контексте Аркалык стал удобной точкой для проверки новой реальности. Если даже санкционированный митинг по теме, вызывающей острый общественный спор, заканчивается полицейским эпизодом и внезапными строительными работами на площадке, сам конфликт выходит за пределы профессиональной дискуссии между депутатами, ветеринарами и зоозащитниками. Он переходит в политическую и общественную плоскость.

Дальнейший ход спора будет зависеть от того, в каком виде законопроект пройдет Сенат. На этой стадии решается уже не только судьба отдельных поправок. Решается вопрос о том, сохранит ли Казахстан гуманистический каркас закона 2022 года или окончательно перейдет к модели, где приоритет безопасности будет обеспечиваться через расширение полномочий на отлов, содержание и эвтаназию.