18+
Нур-Султан
Сейчас
21
Завтра
18
USD
386.77
+1.35
EUR
427.26
+2.68
RUB
6
0.00

Мораторий Токаева на создание нацкомпаний: реальность и перспективы

2600

3 июля президент Касым-Жомарт Токаев «связал руки» любителям плодить госаппарат.

фото с сайта rg.ru

Указом главы государства до конца 2020 года в Казахстане запрещено создавать новые госкомпании. Однако есть несколько исключений. И касаются они юридических лиц:

  • работающих в социальной сфере;
  • создаваемых для оптимизации действующего квазигоссектора;
  • чье участие в уставном капитале будет меньше половины;
  • создаваемых по особому распоряжению или согласованию с президентом.

Не станут ли эти ограничения той самой лазейкой для лоббистов размножения госкомпаний, медиапортал 365info выяснил у политолога Эдуарда Полетаева.

О сокращении могут забыть

— Это не первая попытка государства снизить свое участие в экономике, — говорит эксперт. — Еще в 2015 году поправки в законодательство были подписаны первым президентом. В 2018 миннацэкономики предлагало сделать кое-какие поправки. Сложностей тут несколько.

Во-первых, у Акорды какой-то долгосрочной специальной стратегии по сокращению доли государства в экономике все-таки нет

Мы видим какие-то спорадические попытки ограничить эту долю. Ведь чем больше государства в экономике, тем больше и ответственности этого государства.

Тем не менее так получается, что как только нацкомпаниям запрещают плодить «дочек» и «внучек», это какое-то незначительное время работает, а затем все возвращается в привычное русло. Такая жизнь характерна для государства и его ведомств. Суть психологии чиновников —  под каждую задачу создать соответствующее учреждение. А поскольку задачи периодически появляются, я не уверен, что принятые президентом ограничения будут эффективными.

Эдуард Полетаев

— Был бы повод, а основания найдутся?

— Что-то сокращается, но потом в другом месте появляется новое. Нужно, чтобы со стороны государства был более жесткий контроль. Видно, что оно хочет ограничить свое участие, предлагая государственно-частное партнерство. Но в то же время получается, что

куда бы государство ни пришло, для коммерческих структур оно становится серьезным конкурентом

Потому что бизнес заинтересован в прибыли и сокращении потерь. А квазигоссектор не гонится за прибылью, имея возможности компенсации расходов. В том числе и за счет бюджета. Очевидно, что государству невыгодно, когда его слишком много в бизнесе. Оно само теряет на этом деньги, компенсируя убытки квазигоспредприятий.

Социальное государство

— К примеру, убыточное АО «КазАгро» за 2018 год выплатило сотрудникам премий на 4,3 млрд тенге.

— И такое случается. И тем не менее ситуация у нас еще не столь печальна — рынок в Казахстане недостаточно развит, остается много свободных ниш. Нужен более жесткий контроль, вывод из тени экономики, с этим государство постоянно борется, демонстрирует успехи. Но вместе с тем, когда говорится о всеобщей декларации, повышении налогов и других расходов, бизнес снова уходит в тень. Все эти разрушительные безграничные экспериментаторство и инициативность проявляются снова и снова.

В целом то, что происходит, это отклик на попытку государства стать похожим на социальное. Потому что

теория социального государства предполагает, чтобы социальные гарантии для бедных слоев населения обеспечивались путем государственного контроля над экономикой

В том числе над налогами и бизнесом.

Как это все будет реализовываться в плане ограничения государственного бизнеса, представить сложно. Я так понимаю, что выступая на совете иностранных инвесторов в мае, Токаев и говорил о государственно-частном партнерстве. Чтобы опыт и ресурсы были объединены. Государство обеспечивает определенную инфраструктуру, законодательные поблажки, а бизнес вкладывает деньги.

Границы участия в экономике

— Так у нас государственно-частного партнерства в бизнесе предостаточно.

Закономерность в мире вообще такая: чем выгоднее проект ГЧП, тем ниже доля государства в инвестициях. Казахстан в начале этого пути, опыта не так много, хотя законодательно развитие этого института закреплено. В основном бизнес привлекают на социальные проекты — строительство школ, больниц и прочего. Но здесь бизнес не всегда видит гарантию серьезной прибыли. Так что инструменты ГЧП еще придется развивать.

Все равно доминирующим партнером остается государство — хотя бы потому что оно эти правила игры придумало и определяет

Сейчас проблема в том, что из-за кризиса и опасений девальвации интерес инвестора к таким проектам упал. Следовательно, в их стоимость нужно закладывать риски в виде льготных кредитов, определенных гарантий или даже субсидий.

Президент верно говорит, что границы участия государства в экономике должны быть определены более четко. К сожалению, у нас опять инициатива идет сверху, а не снизу. И обществу пока все равно, на сколько много государство сидит в бизнесе.

Хотя есть опасения — чем выше этот уровень, тем меньше доля малого и среднего бизнеса

А ведь именно в нем задействован весь интеллектуальный потенциал. И большое количество предпринимателей, которые платят налоги. Нужны более понятные правила игры.

Как этот баланс сойдется, представить сложно. Государство может сократить границы, но в случае чего и подвинуть их. Практика показывает, что если государство милитаризуется, как это было в США во время второй мировой войны, границы всегда будут неустойчивыми.