18+
Нур-Султан
Сейчас
26
Завтра
19
USD
378.38
+1.20
EUR
431.05
+4.91
RUB
6.02
+0.04

Нефть как инструмент шариата: как саудиты хотят изменить Казахстан?

Саудовская Аравия успешно обновила стратегию мягкого распространения салафизма. Об этом говорит его растущая популярность среди казахстанских бизнесменов, готовых быть яростными поборниками ислама.

мечеть исламФото: Flickr / Edward Musiak

По крайней мере, об этом утверждается в статье англоязычного портала Eurasia Review.

Новый курс, старые идеи

Недавнее исследование популярности «тихого» ультраконсервативного течения ислама среди казахстанских бизнесменов показало успешное обновление стратегии «мягкой силы» Саудовской Аравии. А ведь продвигать именно «умеренный ислам» внутри страны и за ее пределами клятвенно пообещал Мохаммед бен Салман, наследный принц королевства.

Мохаммед бен Салман Аль Сауд. Источник: informator.news

Это обновление демонстрирует отход от длившейся почти четыре десятилетия и стоившей около 100 млрд долларов кампании. Суть ее заключалась в пропаганде ультраконсервативного, антишиитского и антииранского учения с помощью религиозных, образовательных и культурных программ, сфокусированных на низах общества и среднем классе.

После получения статуса наследного принца в 2015 году Мохаммед значительно сократил финансирование этой кампании

Фокус сместился на геополитически важные для Саудовской Аравии направления – Йемен и Белуджистан в Пакистане. При этом модернизация не затронула ключевой идеи — принципа абсолютного подчинения правителю. Именно он был положен в основу всевластия и авторитаризма семейства Аль-Саудов.

Характерно, что

казахстанские бизнесмены стали последователями учения саудовского шейха Хади Бен Али аль-Мадхали

Впрочем, как и значительная часть штурмующих Триполи ополченцев маршала Халифы Хафтара и поддерживаемых Саудовской Аравией исламских теологов в Алжире. Отец шейха Рабия аль-Мадхали, кстати, считается основателем самой «тихой» ветви салафизма. В королевстве она воспринимается как идеальный вариант для жаждущих «чистого ислама», незамутненного иноверческими обычаями и секуляризмом.

Между Москвой и Пекином

Влияние на часть казахстанского бизнес-сообщества дает Эр-Рияду  дополнительные баллы в соперничестве с Турцией за лидерство в мусульманском мире. При этом Нурсултан Назарбаев, недавно ушедший в отставку, долгое время считал Турцию своего рода буфером против влияния России в Центральной Азии.

Пантюркистские настроения в Казахстане, даже несмотря на некоторые разногласия с Турцией в отношении изгнанного Эрдоганом проповедника Фетхуллы Гюлена, обострились после присоединения Крыма к России. Лидеры Центральной Азии надеются, что

инвестиции из Персидского залива позволят сохранить пространство для маневра в лавировании между интересами Москвы и Пекина

В результате инвестиции из Залива и «мягкая сила» Саудовской Аравии превращают ближневосточные монархии в потенциальных участников Большой игры XXI века – игры за влияние или даже доминирование в Евразии. Усилия стран Аравийского полуострова получат особый смысл, если сбудутся предсказания российского ученого Дмитрия Желобова о недолговечности совпадения интересов России и Китая в Большой игре.

В недавнем интервью Желобов предупредил Кремль, что Китай тихой сапой создает в Центральной Азии военные базы, которые гарантируют ему незыблемость торговых путей на Ближний Восток и в Европу. Долговременная акция страхует дракона от посягательств как России, так и США, убежден эксперт.

Желобову вторит специалист по евразийскому пространству Пол Гоббл:

Москва уделяет удивительно мало внимания возможности того, что Пекин использует свою «мягкую силу»

для развертывания военных баз в Центральной Азии и ускоренного снижения влияния России в регионе».

Компенсация от Аллаха

Вместе с тем о повышении эффективности саудовской пропаганды говорят и проводники ее претворения в жизнь. Если раньше ставка делалась на теологов в мечетях и медресе, финансируемых королевством, теперь ключевыми фигурами стали бизнесмены, работающие по принципам исламского права.

— В постсоветской Центральной Азии ислам из «пережитка прошлого» приблизился к теологическому процветанию, — констатирует Аурелия Биард, автор брукингского исследования о Казахстане как стране, успешно противостоящей радикальным течениям.

Формирующееся ультраконсервативное бизнес-сообщество можно считать и продуктом привлекательности пропагандируемых Саудовской Аравией идей, и результатом подавления казахстанскими властями воинственных проявлений религии.

— Саудовская Аравия – родина ислама.

Эта земля пустынная, но она получила от Аллаха своего рода компенсацию – нефть,

которая помогает саудитам распространять истинную веру. При этом в самом королевстве не чистый шариат, но максимально близкий к нему вариант права, — рассказал казахстанский предприниматель Илья, получивший образование в США и сотрудничавший с Биард в ходе ее исследования.

Среди знакомых Ильи множество бизнесменов, чья исламская практика – ношение длинных бород и пятикратный намаз – закрывает им дорогу на госслужбу.

Согласно казахстанским законам, молитвы в общественных местах запрещены

Кроме того, власти имеют право фильтровать содержание религиозных проповедей, отмечает Джоанна Лиллис, автор недавно опубликованной книги «Темные тени внутри тайного мира Казахстана».

Несмотря на все эти ограничения, действующий бизнес гарантирует существование этого сообщества даже без саудовского финансирования – к нему, кстати, правительство относится весьма настороженно. При этом религиозность бизнесменов дает им доступ к рынку королевства и его коммерческому финансированию.

— Халал-бизнес стал опорой для ряда предпринимателя средством проповедования салафизма в Казахстане без каких-либо юридических ограничений, — утверждает Биярд.

По ее словам, влияние таких бизнесменов весьма существенно. Выступая образцами благочестия, они «изменяют религиозный ландшафт Казахстана и формы идентичности в обществе, которое все чаще сталкивается с политизацией религиозных разногласий и конкуренцией разных взглядов на религиозную власть».

Салафиты-партизаны

Уже упоминавшийся Илья получил от Саудовской Аравии грант на 7 млн долларов для строительства детского противотуберкулезного госпиталя. Чтобы спокойно осуществлять задуманное и не нарваться на кару со стороны властей, он обрезал бороду и адаптировал чтение намаза к общественным условиям.

— Приобщение к исламу сейчас опасно, запрещено законом, но мы все равно это делаем. Как бизнесмен, я хочу показать пример, как правильно руководить сотрудниками-мусульманами. Я хочу показать ислам как стиль жизни, жизненный путь. Я намерен вести свой бизнес во имя Аллаха, — заявил Илья.

Его стратегия, созвучная стратегии Саудовской Аравии, во многом является адаптацией идеи «марша через социальные институты», которую пропагандировал лидер немецких левых Руди Дучке во время студенческих протестов в 1960-х.

— Салафит может хранить свою веру внутри, быть партизаном. Ты можешь подобраться к своим врагам максимально близко и при этом оставаться салафитом. Ты можешь работать в Белом доме или Кремле, можешь быть даже близок к Путину. В этом и есть сила наших религиозных убеждений, — сказал Илья.