18+
Нур-Султан
Сейчас
25
Завтра
14
USD
386.34
0.00
EUR
427.25
0.00
RUB
5.88
0.00

Раскол в православии: как Россия примет уход Украины

Отношения между Россией и Украиной, и без того крайне сложные, в начале сентября обострились еще больше. На этот раз причиной стало решение Константинопольского патриарха Варфоломея начать процесс оформления автокефалии — самостоятельного статуса Украинской православной церкви.

Для этого патриарх назначил двух своих представителей – экзархов. Один из Канады, другой из США, оба они этнические украинцы. Именно там, за океаном, сегодня находится значительная часть паствы Константинопольской церкви.

Судя по всему, экзархи должны подготовить проведение собора представителей разных православных организаций, которые действуют сегодня в Украине. Собор может начать работу приблизительно в начале октября, вскоре после синода Константинопольского патриархата, который будет проводиться 9-10 октября. На соборе представители Константинополя и

могут передать выбранному на нем патриарху указ (томос) о признании новой Украинской православной церкви (УПЦ)

У Российской православной церкви (РПЦ) это решение вполне ожидаемо вызывает крайне отрицательную реакцию. В РПЦ заявили, что разрывают «общение» с Константинополем,

перестают упоминать в молитвах патриарха Варфолемея. А один из епископов даже говорил о вероятности кровопролития

При этом самого Варфоломея обвинили в «папизме». Здесь имеется в виду, что он принимает решения как Римский Папа.

В православии такого института не существует, все церкви формально равны и поддерживают общение друг с другом

При принятии решений существует традиция консенсуса.

Фото: Сергей Полежака / Reuters

РПЦ будет против

Согласно этой традиции, решение об автокефалии Украинской церкви, по мнению РПЦ, можно принять только единогласным решением всех 15 православных церквей. Если исходить из этого и с учетом, что как минимум одна из них,

РПЦ, всегда будет против, у украинской автокефалии просто нет шансов на утверждение

Кроме того, РПЦ также имеет влияние на Сербскую православную церковь. С одной стороны, у Москвы и Белграда исторически тесные отношения. С другой, у сербов есть свои проблемы с претензиями на автокефалию православных из Черногории и Македонии. И они, естественно,

выступают против любого изменения сложившегося статус-кво

Не исключено, что РПЦ может влиять также и на небольшие исторические церкви. Например Антиохийской, у которой в Сирии осталось совсем немного прихожан. При этом она может быть заинтересована не только в религиозной поддержке РПЦ, которая является самой многочисленной православной церковью в мире.

Антиохийская церковь может нуждаться и в политической поддержке со стороны России, которая в последнее время играет большую роль в Сирии

Так что РПЦ вполне имела возможность использовать принцип консенсуса в православном мире, чтобы не допустить признания автокефалии УПЦ.

Раскол в украинских рядах верующих

Позиция эта не вызывала особых возражений и вполне работала все годы после распада СССР и образования отдельных государств России и Украины.

Попытки создать автокефальную церковь на Украине привели к расколу украинского православия

Сторонники самостоятельной церкви во главе с патриархом Филаретом, который до 1992 года был руководителем местного украинского подразделения Московского патриархата, в итоге создали самостоятельную церковь. Она стала называться УПЦ Киевского патриархата.

Однако ее статус никто в православном мире не признал, а самого Филарета в РПЦ подвергли анафеме

Все православные церкви, включая Константинопольскую, против этого фактически не возражали.

В результате сегодня в Украине существует три православные церкви. Официально признанной является только УПЦ Московского патриархата, у нее примерно 12 тыс. приходов. У непризнанной УПЦ Киевского патриархата — 5 тыс. приходов. Есть еще Украинская автокефальная православная церковь (УАПЦ), также непризнанная, у нее 1 тыс. приходов.

Эта церковь появилась на Украине после революции в России и уже тогда претендовала на автокефалию

В 1930-х годах она была фактически ликвидирована советской властью. Ее структуры сохранились среди украинских эмигрантов в Северной Америке, а также в тех районах Западной Украины, которые в период между двумя мировыми войнами находились в составе Польши. На территории современной Украины УАПЦ появилась только в самом конце 1980-х годов.

Если Украина получит томос

Если Константинополь выдаст томос на создание автокефальной УПЦ, в этом случае УПЦ Московского патриархата автоматически потеряет свой прежний статус на Украине. А это чревато потерей приходов, церквей и монастырей, включая Киевско-Печерскую лавру. Причем

вполне вероятно, что часть приходов и монастырей автоматически перейдет в новую церковную структуру

Первыми это могут сделать те приходы УПЦ МП, руководители которых примут участие в предстоящем соборе по организации новой украинской церкви.
Здесь стоит отметить, что часть украинских епископов Московского патриархата, по некоторым данным не менее 10, подписали письмо с просьбой об автокефалии на имя константинопольского патриарха Варфоломея.

Среди них есть достаточно высокопоставленные иерархи, в частности Александр Драбинко, бывший секретарь предыдущего главы УПЦ МП митрополита Владимира. Сегодня он митрополит Переяслав-Хмельницкий. Причем сам он утверждал, что

перед подписанием спрашивал свою паству, стоит ли ему подержать идею автокефалии. И вроде получил поддержку

То есть определенная часть приходов УПЦ МП и его священников вполне готовы перейти в новую Украинскую церковь, если она будет создана заново на соборе и получит томос от Константинополя.

Конечно, часть приходов постарается сохранить свою принадлежность Московской патриархии

Можно предположить, что с этим у них не должно быть проблем. Но при этом их статус, несомненно, изменится. К примеру, они не смогут больше называться Украинской православной церковью, а должны будут поменять название на что-то вроде «Русская православная церковь на Украине». А это уже совсем другая история. В таком случае они перестанут быть украинской церковью и фактически станут церковью, представляющей другое государство – Россию. Потому что

Украина, согласно томосу Константинополя, станет канонической территорией новой УПЦ

Властям на руку

Возможно, для государственных органов в Киеве даже будет выгодно сохранение некоторого количества приходов под названием Русской православной церкви.
Дело в том, что

таким образом они смогут отделить украинскую идентичность от русской

Естественно, что в результате такого разделения перед верующими встанет вопрос о необходимости сделать выбор относительно их личной идентичности. Если кто-то считает, что он православный украинец, он идет в украинскую церковь. Если же кто-то на Украине идентифицирует себя с Россией, соответственно, идет в русскую церковь.

Безусловно, для многих это будет очень трудный выбор. Современное положение дел для них более удобно, потому что не надо выбирать

Можно считать себя украинцем, но в то же время через собственную УПЦ ориентироваться на Московский патриархат. Такая двойная идентичность до 2014 года на Украине вполне устраивала многих.

Общие интересы, общее происхождение, культура, религия — все это формировало комфортную среду для многих жителей. Кроме того, это создавало условия для сохранения официального статуса УПЦ МП и в то же время ограничивало возможности других непризнанных украинских православных церквей.

События 2014 года, связанные с Крымским инцидентом и событиями на Донбассе, изменили ситуацию. Несомненно, что

в основе конфликта как раз и был вопрос об идентичности населения Украины

Причем главным образом той его части, которая проживала в центре и на востоке Украины и преимущественно говорила на русском языке. Но при этом люди в основном все-таки идентифицировали себя с Украиной и считали себя украинцами. Именно они и составляли основную паству УПЦ Московского патриархата. К примеру, прихожанами церкви были нынешний президент Петр Порошенко и большая часть украинской элиты.

Идеология «русского мира»

В то же время, в период конфликта вокруг Донбасса, на идеологическом фронте активно использовалась идеология «русского мира» и так называемой Новороссии. Возможно, что те, кто выдвинул эту идеологию, и смогли добиться тактических целей. В частности, это позволило привлечь на восток Украины большое количество активистов с постсоветского пространства, в основном из России.

Но тактический успех обернулся в итоге неудачей в области стратегии. Очевидно, что использование идеологии «русского мира» привело к тому, что акцент был сделан именно на этнической составляющей.

Но этнический подход в идеологии автоматически ставил вопрос выбора. Многим в Украине пришлось определяться

Тем более, что радикальные интерпретации идеологии «русского мира» вообще подвергали сомнению существование самостоятельной украинской идентичности. Скорее украинцы рассматривались как составная часть некоей общей идентичности.

Априори подразумевалось, что это именно общерусская идентичность

Однако до 2014 года она не рассматривалась в этническом понимании этого слова, скорее в общецивилизационном. Хотя на самом деле эта идентичность все же больше была связана с прежней государственностью – сначала Российской империей, а потом СССР.

В связи с имперским характером обоих государств это была общеимперская идентичность. На которую в случае с русскими и украинцами накладывалась для большинства православной религии принадлежность к общей культуре.

Общеимперская идентичность, при всей ее условности в наши дни, все же не являлась исключительно русской

Ее могли принимать не только этнические русские, но и те, кто ностальгировал по СССР и допускал возможность существования некоей общей идентичности. Собственно, до 2014 года на той же Украине таковых было довольно много.

Постановка вопроса о «русском мире» неизбежно привела к необходимости дискутировать об украинской идентичности. Причем наиболее радикально настроенные сторонники «русского мира» в принципе отрицали ее самостоятельное существование.

В пылу идеологического противостояния с 2014 года эта позиция в России озвучивалась очень часто в самых разных вариациях. Естественно, что с украинской стороны идеологического конфликта также имела место весьма жесткая критика «русского мира».

В конечном итоге такой диалог поставил вопрос о лояльности населения той или иной идентичности

Точнее вопрос стоял о необходимости сделать выбор. Прежняя ситуация перестала устраивать и население, и элиты. Поэтому во главе процесса борьбы за украинскую автокефалию стоят прихожане УПЦ Московского патриархата. И это не только Петр Порошенко.

Усилия РПЦ

В Москве сегодня пытаются вести речь, что вопрос об автокефалии — это политическое решение нынешних украинских властей с целью выиграть предстоящие в 2019 году выборы. То есть

акцент опять делается на тактической стороне вопроса. В то время как налицо стратегические изменения

Конечно, нельзя сказать, что РПЦ ничего не делала для изменения ситуации. Речь идет не о противостоянии с Константинопольским патриархатом вроде отказа участвовать в соборах, проходивших под его эгидой, как это было летом 2016 года, или организации оппозиции среди лояльных Москве церквей.

С 2014 года РПЦ пыталась остаться над схваткой. К примеру, расположенные в Крыму приходы УПЦ Московского патриархата после его присоединения к России не были переведены под прямое управление Москвы, а остались в подчинении Киева. Но

в то же время священников УПЦ МП часто обвиняли в отказе отпевать украинских солдат, погибших на Донбассе

Это объяснялось тем, что идет «братоубийственная война». Понятно, что для значительной части украинского общества это был очень серьезный раздражающий фактор.

Поэтому для Украины и украинцев после 2014 года стал весьма актуальным вопрос, какому государству лояльна УПЦ Московского патриархата. Но более важен был вопрос о том, какую идентичность для украинцев поддерживают священники этой церкви. То есть если раньше, до 2014 года, не было необходимости выбирать идентичность, теперь для украинцев это острый и актуальный вопрос. При этом понятно, что УПЦ МП вообще не хотела бы делать такой выбор.

В результате возникает

противоречие между доминирующими общественными настроениями и позицией самой большой православной церкви Украины

Дискомфортное положение

Показательно, что на Украине на фоне дискуссии об автокефалии отмечается рост общественной поддержки Киевского патриархата. Опрос центра Разумкова показывал, что если в апреле 2018 года из числа православных Украины 29% опрошенных отдали предпочтение УПЦ Киевского патриархата, то в начале сентября таковых было уже 45%.

Еще 33,9% сказали, что они «просто православные, без принадлежности к какой-либо конфессии». И это при том, что у УПЦ МП все еще больше приходов (12 тыс.), чем у двух других церквей (в совокупности 6 тыс.).

Безусловно,

потеря Крыма и части Донбасса сильно изменили состав населения, безусловных сторонников России стало меньше

Но все же главной проблемой для УПЦ МП стало усиление украинской идентичности и ярко выраженное стремление к ее разрыву с российской идентичностью. В этой ситуации получается, что

УПЦ МП фактически вынуждена сидеть на двух стульях. Но не между Москвой и Киевом, а между украинской и русской идентичностями

А это довольно дискомфортное положение. И понятно, что РПЦ принимает меры по усилению своего контроля над УПЦ Московского патриархата. В 2017 году был принят новый устав РПЦ. Он привел к значительному сокращению автономии УПЦ Московского патриархата. Возможно,

это и стало причиной того, что некоторые епископы последней и подписали письмо об автокефалии

Убеждение, но не давление

Понятно, что в РПЦ стремились усилить центральную вертикаль управления. В том числе для того, чтобы призвать к порядку потенциально нелояльных епископов.

Однако таким образом в Москве фактически ускорили процесс разделения между двумя идентичностями

Усиление московского влияния над ранее более автономной УПЦ означает, что она все больше становится просто филиалом РПЦ. Характерно, что глава УПЦ Московского патриархата митрополит Онуфрий сослался на здоровье и не приехал на синод РПЦ в Москву 14 сентября, на котором было объявлено о разрыве с Константинопольским патриархатом.

Возможно, Онуфрий действительно заболел, но также может быть, что внутри возглавляемой им церкви идут сложные процессы. Скорее всего они связаны с определением позиции части епископов и паствы накануне предстоящего собора об автокефалии.

Кроме того, вероятно, что своими резкими заявлениями 14 сентября в РПЦ как раз и хотели предотвратить участие части епископов УПЦ в этом соборе.

Если сама РПЦ разрывает отношения с Константинополем, то подчиненная ей УПЦ теоретически должна сделать то же самое

В таком случае Онуфрий не хотел связывать себя жесткими обязательствами, поэтому и не поехал в Москву. Возможно, он хочет удержать как можно больше своих епископов от участия в соборе. Но это можно сделать только убеждением, а не жестким давлением.

Время прежних империй прошло

Получение украинской православной церковью автокефалии, скорее всего, все же состоится. И будет болезненным ударом по РПЦ. И дело не только в том, что 12 тысяч украинских приходов — это треть всех приходов РПЦ, украинцы весьма религиозны.

Проблема в том, что

с потерей украинской составляющей РПЦ, по сути, теряет свой прежний наднациональный статус

Его можно назвать также имперским, так как он сформировался в годы Российской империи. После этого она будет церковью в большей степени на этнической основе (как Грузинская, Греческая, Сербская или Румынская). Конечно, в составе РПЦ останется еще и Белорусский экзархат, но все же

именно УПЦ Московского патриархата обеспечивала связь с прежними имперским временами

Сегодня фактически не так уж важны старые межцерковные споры. К примеру, на каких именно условиях Константинополь передал Киевскую метрополию Москве в конце XVII века. Главное заключается в том, что завершилось то время, когда мощь сначала старого Московского государства, а затем Российской империи делали ненужными дискуссии по религиозным вопросам.

Сегодня это уже не так.

Время прежних империй прошло. И если на Украине хотят автокефальную церковь, этого уже не изменить

Точно также как для румын или сербов своя церковь — это часть их национальной идентичности. Можно предположить, что со временем все успокоится. Когда-нибудь в будущем РПЦ и Константинополь, а также, возможно, и новая УПЦ, восстановят свое межцерковное общение.