18+
Нур-Султан
Сейчас
25
Завтра
27
USD
383.01
-0.42
EUR
430.12
-2.35
RUB
6.1
-0.02

Зачем Мирзиёеву понадобились талибы?

2376

В Афганистане столкнулись интересы сразу нескольких крупных игроков. Ташкент, кажется, хочет получить немного выгоды и для себя.

Недавно в Узбекистан приезжали представители афганского радикального движения «Талибан». В Ташкенте они провели четыре дня. В переговорах участвовали министр иностранных дел Узбекистана Абдулазиз Камилов и спецпредставитель президента РУз по Афганистану Исматилла Эргашев. Причем

визит состоялся по приглашению именно узбекской стороны

По версии узбекского МИДа, обсуждали мирное урегулирование в Афганистане. «Талибан» добавил, что речь шла и о национальных проектах «безопасность железных дорог и линий электропередачи».

О том, чем талибы могут оказаться полезными официальному Ташкенту, в интервью 365info рассказывает востоковед Александр Князев.

Александр Князев

Александр Князев

Три крупных игрока и множество мелких

— На встречах обсуждался также и «вывод иностранных войск» с территории Афганистана. Не совсем понятно, что тут может вообще зависеть от Узбекистана и чьи интересы из крупных игроков сегодня пересекаются в Афганистане?

— США, КНР, Россия, это априори. А это трио обрастает уже игроками других уровней с совпадающими или несовпадающими интересами. Второй список большой, это и все страны-соседи Афганистана, и страны, имеющие интересы в связанных с Афганистаном трансграничных проектах. Это уже и упомянутые арабские монархии, где доминирует, безусловно, Саудовская Аравия, и Турция, и европейские страны.

Мирзиёев и Эрдоган тянутся друг к другу

Поведение внешних сил свидетельствует о том, что

практически никто из них не заинтересован в окончательном мирном урегулировании

При этом у большинства внешних акторов существуют разнообразные инструменты влияния на события в Афганистане, с помощью которых уровень конфликта может регулироваться. Вывод иностранных войск – это, вообще, безусловное требование уже не только «Талибана», но и практически всех афганских политических сил. За исключением команды действующего президента Гани, для которой собственная политическая жизнь гарантирована только этим самым иностранным присутствием.

Вообще, «вывод американских войск» один раз уже, кажется, состоялся. Можно вспомнить, сколько дискуссий было по этому поводу накануне 2014 года.

После того «вывода» в Афганистане остались на долговременной основе семь только аэродромов базирования ВВС США

с соответствующей инфраструктурой и персоналом и еще до десятка наземных военных объектов. По сути, все это – военные базы, причем не маленькие. Я допускаю некую очередную имитацию «вывода», скажем, для снятия напряжения в афганском обществе и как демонстрацию своих «благородных намерений». Но авиабазы американцы уж точно не оставят.

Легализация частных военных компаний — это «российский вброс» — эксперт КИСИ

Может быть в ходе подобного спектакля какие-то

наземные подразделения Пентагона будут заменены американскими же частными военными компаниями

Американские ЧВК там и сейчас присутствуют. Возможно, их присутствие усилится.

Индию провоцируют на ввод войск в Афганистан

— Существует совсем свежее соглашение между официальными кабульскими властями с одной стороны и соответствующими представителями Саудовской Аравии и ОАЭ – с другой, о возможности ввода в Афганистан их военных контингентов. Недавно по этому поводу прошли переговоры в Дохе.

США предпринимают немалые усилия, чтобы подтолкнуть к военному присутствию в Афганистане Дели

Учитывая пакистанский фактор, это стало бы только катализатором конфликта.

Включение Индии и Пакистана сделает ШОС «неуклюжим гигантом» — эксперты

Иностранное военное присутствие в Афганистане, под какими бы флагами оно не было реализовано, это теперь, к сожалению, очень долговременный фактор. От Узбекистана в этом вопросе абсолютно ничего, естественно, не зависит. Да и весь уже существующий опыт переговоров по Афганистану показывает: переговоры ведутся только с теми, с кем удобно их вести,

но не в интересах полного мирного урегулирования как такового

Переговоры всегда имеют незаконченную форму и используются лишь как инструмент управления военно-политическим процессом.

— Насколько серьезными позициями сейчас обладают талибы в Афганистане?

– Называются разные цифры и в плане контроля территорий, и по численности личного состава. Но главное не в этом.

Главное – в поддержке «Талибана» значительной частью населения Афганистана

Причем в этом один из основных парадоксов ситуации: поддержка растет в результате антинациональной политики действующего правительства и действий его союзников — США и НАТО. Немаловажную роль, конечно, играет и финансовая подпитка извне, в первую очередь из арабских монархий.

Афганский излом: победить талибов не сумел и Трамп

В самом общем виде эти позиции «Талибана» сегодня можно оценить как непреодолимые. Кажется, уже все, кто только можно, признали, что

военного способа решения для Афганистана не существует

Это и есть оценка политического веса талибов. Есть слабые места – фрагментированность, зыбкие структура и единоначалие, но это, кстати, одновременно и ресурс силы. Это делает «Талибан» некой асимметричной конструкцией, где бойцы легко перетекают из одной группировки в другую, возвращаются, где трудно с кем-то договариваться и кого-то побеждать.

Талибы уходили, чтобы потом вернуться

— Можно вспомнить так называемую «победу над талибами» в 2001-2002 годах, когда они просто ушли от американской военной операции. Ушли, чтобы вернуться. Сейчас, кстати, правительственные силы выводятся из всех отдаленных и труднодоступных мест в стране и сосредотачиваются на обеспечении безопасности крупных городов. То есть

регионы фактически отдаются под контроль «Талибана»,

за исключением отдельных провинций, где есть сильные местные лидеры, способные контролировать территории без оглядок на Кабул. Но таких немного. А разнородность «Талибана», не являющегося вертикально организованным и четко структурированным движением, будет ставить под сомнение вопрос о том, кто может быть эффективным и легитимным (с точки зрения всего «Талибана») актором переговоров с талибской стороны.

Талибан расширяет зоны своего влияния в Афганистане

И любые переговоры всегда могут быть поставлены под сомнение. Как политическими силами в самом Афганистане, так и заинтересованными внешними игроками.

— На ваш взгляд, на что действительно может повлиять Узбекистан в афганской ситуации? Исходя из этого, о чем могли вестись переговоры на самом деле? Зачем Ташкенту вообще каким-то образом участвовать в афганской ситуации, пусть даже и с позиции нейтральной стороны?

– Узбекистану очень важна реализация в Афганистане ряда проектов в рамках той экономической модели, переход к которой сейчас Ташкентом осуществляется. От изоляционистской импортозамещающей экономики к экспортоориентированной, требующей как рынков, так и коммуникаций. Думаю, что действия руководства РУз на афганском направлении, да и не только, завязаны на устоявшихся представлениях о решающем доминировании США во всех процессах в регионе, включая, естественно, и Афганистан. Поэтому

Ташкент и включился в американские сценарии для Афганистана и для нашего региона

Афганская политика РУз – это часть известного проекта С5+1, направленного на теснейшую интеграцию постсоветской Азии с Афганистаном.

Визит талибов в Ташкент — сам по себе скандал

— В США прекрасно понимают региональное значение Узбекистана, который в рамках всех американских сценариев является первым, или одним из первых, игроков. Узбекистан и подыгрывает,

рассчитывая в качестве преференций получить возможности для реализации своих проектов на афганском направлении

Подобные схемы уже были реализованы и достаточно успешно. С 2011 года действует железная дорога Хайратон – Мазари-Шариф, подрядчиком строительства и оператором в эксплуатации которой является компания «Узбекистон темир йуллари». Узбекистан является основным поставщиком электроэнергии в северные провинции и в Кабул, есть ряд других успешных проектов меньшего масштаба.

Талибы активизируются в Центральной Азии

Это вселяет Ташкенту оптимизм, но меняется ситуация вокруг Афганистана, есть изменения в афганской политике России, есть серьезные интересы Китая, расклад сил не стоит на месте, находится в динамике. И то, что было возможно вчера при поддержке США, не обязательно будет возможно завтра при той же поддержке.

С точки зрения сферы безопасности афганское направление в прямом виде – при том качестве 140-километровой узбекско-афганской границы, которое есть – интересам РУз не угрожает. Угрозы непрямого действия есть, но они есть у всех и возможности нейтрализации этих угроз далеко не всегда зависят от воли США.

Почти семейный междусобойчик под видом переговорного успеха

— После визита появились сообщения об открытии в Ташкенте некоего представительства «Талибана». Однако МИД Узбекистана их опроверг. Возможен ли вариант появления «замаскированного нелегального» офиса? Или уже точно можно сказать, что ничего подобного не появилось?

– Сам визит делегации «Талибана» в Ташкент имеет в высокой степени скандальный характер, хотя никто пока, кажется, не акцентировал на этом внимание.

Глава делегации – Шер Мохаммад Аббас Станекзай – находится под санкциями Совета безопасности ООН,

это резолюции 1267 (1999) и 1333 (2000), касающиеся актов и деятельности талибских властей. Руководство РУз, опровергая информацию об открытии представительства талибов в Ташкенте, наверное, этот факт во внимание все-таки принимало.

Почему девушки уезжают к исламистам — Тимур Бекмамбетов

Есть еще один любопытный момент этих переговоров: упомянутый мулла Станекзай и Масум Станекзай, один из главных переговорщиков официального Кабула, не просто однофамильцы. Они представители одного пуштунского родоплеменного клана из провинции Логар. Вполне можно ожидать какого-либо локального соглашения, которое может преподноситься миру как движение к переговорному успеху, но

быть, по сути, небольшим почти семейным междусобойчиком

Что касается «замаскированного нелегального офиса», то, я думаю, необходимости в таковом нет.

— Можно ли ожидать, что Талибан поедет для переговоров в другие страны Центральной Азии? Или хотя бы граничащие с Афганистаном.

– Возможно, аналогичную ташкентской инициативу быть переговорной площадкой уже неоднократно проявлял Ашхабад. Другое дело – какие цели будут ставить перед собой эти визиты и переговоры. Думаю, что в обозримой перспективе все эти действия – в самом оптимистическом варианте – могут быть успешными только в очень локальных измерениях. А в большинстве случаев и в целом – не более, чем имитацией, не меняющей ситуации в Афганистане по существу.