Астана
Сейчас
-22
Завтра
-16
USD
370.11
-0.44
EUR
419.37
-2.39
RUB
5.58
+0.01

5 причин, по которым казашки становятся экстремистками

Для многих казахстанок, выехавших воевать в Сирию, характерен синдром «дагестанского любовника». Вербовщики через соцсети выискивают одиноких недолюбленных женщин и обещают им любовь и деньги. Радикалам выгодно делать женщину террористкой, ведь она меньше привлекает к себе внимание. Кроме того, пороговый уровень восприятия жестокости и боли у женщин намного выше.

Почему в зону боевых действий отец готов вывезти свою дочь? Почему казашки стали заниматься вербовкой потенциальных убийц и террористов? Почему они пополняют список обманутых «сириек», что ими движет? На эти и другие вопросы порталу zakon.kz ответила директор Центра анализа и развития межконфессиональных отношений Павлодарской области, кандидат исторических наук Гульназ Раздыкова.

— В последние годы в Казахстане стали появляться разговоры о так называемых халал-проститутках, женщинах, вернувшихся из мест боевых действий в Сирии, женах приверженцев деструктивных религиозных течений, пострадавших от насилия в семье и многих других ужасающих фактах. Насколько это соответствует действительности? Наблюдается ли в Казахстане женский радикализм, есть ли у нас экстремистски настроенные женщины, девушки?

— К сожалению, есть. Раньше у нас за экстремизм и религиозный терроризм к уголовной ответственности привлекались только мужчины, а женщины оставались в стороне, вне поля зрения правоохранительных органов и спецслужб.

В 2013 году казахстанцы впервые узнали, что и женщины могут быть экстремистски настроены. Если вы помните, как раз в том году они вместе со своими мужьями выехали на территорию боевых действий в Сирию, взяв с собой своих несовершеннолетних детей. После этого люди уже

стали понимать, насколько опасен женский радикализм и вообще радикальный исламизм, ИГИЛ и так далее

Гульназ Раздыкова. Фото: zakon.kz

Источники «заражения»

— Где чаще всего можно встретить радикально настроенных барышень, как они попадают в сети деструктивных течений?

— В своей практике я выделила бы несколько типов женщин, склонных к радикализму. Первое — женщины из близкого окружения террористов, которые были ликвидированы во время спецопераций, то есть их вдовы, сестры.

Второе — жены, сестры, матери людей, выехавших в зону боевых действий в Сирию (а сами они находятся в Казахстане).

Третье — близкое женское окружение осужденных. Это достаточно многочисленная группа.

Четвертое

женщины-радикалки, которые, пользуясь своей харизматичностью, сами способны вести за собой жамагаты

Их не так много, но они есть, они тоже радикально настроены и могут заниматься вербовочной работой. Например, жена террориста-смертника Рахимжана Макатова

Мейрамгуль Сатаева, которая буквально «вдохновила» своего мужа на теракт в Актобе в 2011 году

Конечно, в группы риска в первую очередь попадают женщины из близкого окружения радикалов. Допустим,

братья заражают опасными идеями своих сестренок, мужья – жен

Источник: planetnew.ru

Бывает, женщина живет в гражданском браке с радикально настроенным человеком и потом постепенно начинает перенимать его идеологические установки.

Пятое — женщины, выросшие в семьях с радикальным мировоззрением, как правило, они очень молоды. Например, недавно я работала с одной девочкой, которая собиралась выехать в Сирию в зону боевых действий вместе с отцом. Вернее,

отец попытался выехать сам, а затем забрать туда свою дочь

— А мать девушки тоже хотела выехать с ними?

— Нет, мать не поехала. Она не поддержала также выезд дочери, но отец настоял на вывозе дочери. Ей всего лишь 18, у нее прекрасные спортивные данные, мастер спорта по борьбе.

Сейчас и она, и ее отец отбывают наказание в тюрьме

Причины и следствие

— Ладно женщины, но почему в сети радикалов попадают совсем еще юные?

— Давайте посмотрим, кто находится в группе риска? Во-первых, девушки из дисфункциональных семей, там, где семья перестает выполнять свою функцию по передаче любви и так далее.

Во-вторых, девочки, воспитанные по мужскому сценарию, когда доминирующую роль в воспитании ребенка берет мужчина и

девочка наследует мужской тип поведения и мышления. К этой категории можно отнести и спортсменок

Здесь проявляется явный перекос в воспитании, когда духовное развитие отстает от физического, поэтому среди них немало девочек вовлекаются в деструктивные культы.

В-третьих, девочки, носители так называемого социального клейма, которые считаются внешне непривлекательными, некрасивыми, являются бесплодными или «черными» вдовами, а также

те, которые в своей жизни не состоялись ни как женщины, ни как жены, ни в карьере ничего не добились

В-четвертых, девочки с «синдромом отличницы», которые привыкли жить в иллюзорно-идеальном мире. Когда они сталкиваются с реальностью, то видят, что мир не соответствует их стандартам. Вот тогда происходит внутренний надлом.

Они очень легко подвергаются влиянию со стороны вербовщиков. Классический пример — Варвара Караулова, которая уехала в Сирию

В-пятых, категория инфантильных женщин. Социально не повзрослевшие, духовно не созревшие, они также быстро поддаются обработке вербовщиков.

Недолюбленные

— То есть радикализация женщин происходит в основном из-за жизненных неурядиц и неустроенности?

— Не только. Это и тяжелый жизненный опыт,

и психологические проблемы, и общая религиозная безграмотность, и психотравмы, полученные когда-то в детстве

Большинство из них испытали на себе недостаток родительской любви, одиночество, негативное отношение окружающих, непонимание, то есть у них не было эмоционального выхода. А к чему это может привести, мы знаем.

Религиозная безграмотность с запущенными психологическими проблемами — вот коктейль для радикалок

Многие из них пережили горе или кризис в семье, смерть близких, уход с работы, развод, материальные трудности…

– И что, это заставило их выехать в Сирию?!

— Если говорить о женщинах, выехавших в Сирию, для многих из них характерен так называемый синдром «дагестанского любовника», когда через соцсети мужчины признавались им в любви и уговаривали приехать в Сирию.

Таких обманутых «сириек» тоже очень много. Вербовщики буквально выискивают таких.

Женщина по своей природе более категорична, она может быть жестокой и непоколебимой, когда необходимо защищать семью

или веру. Опытные вербовщики знают это и играют именно на таких особенностях женского сознания. Вот почему наблюдаются случаи женского экстремизма, их участие в самоподрывах и других террористических актах.

Радикалам выгодно делать женщину террористкой, ведь она меньше привлекает к себе внимание

Женщины более жестоки

— Но зато женщина более жалостлива, чем мужчина и вряд ли с готовностью и радостью идет на теракт.

– Это миф, что женщина более жалостлива. Вспомните один из самых страшных терактов, когда группа боевиков захватила в заложники зрителей московского театра, пришедших на спектакль «Норд-Ост». Там в основном были женщины-террористки. Или теракт в Волгограде, когда террористка Наида Асиялова взорвала 14 человек.

В какой-то мере можно согласиться с одним из социологов, который писал, что

мужчины не смогли бы перенести такую нагрузку на сознание, как сестры милосердия во время войны,

которые день и ночь выносили с поля боя буквально изрубленных раненых. Такую колоссальную нагрузку на сознание могла перенести только женщина, потому что

пороговый уровень восприятия жестокости и боли у женщин намного выше

Одиночество скука

— Вы постоянно бываете в колониях, общаетесь с осужденными за терроризм и экстремизм. Расскажите о женщинах, с которыми вам приходится работать. Ведь нам кажется, что такое происходит где-то далеко, но не рядом с нами, не в нашей стране.

— Ее зовут Галия. К счастью, она не смогла уехать в Сирию в зону боевых действий, но занималась пропагандой и вербовкой людей – потенциальных убийц и террористов.

Как получилось, что девушка-студентка из Экибастуза из вполне благополучной семьи оказалась в радикальном течении?

Оказывается, уже на первом курсе (2011 год) она испытала предательство друзей и осталась в полнейшем одиночестве. А для 18-летней девушки это целая трагедия.

Спасение нашла, как ей тогда казалось, в исламе. На деле же попала в сети радикалов

В интернете она подружилась с людьми, выехавшими на боевые действия в Сирию, стала общаться, изучать их догмы.

Затем она познакомилась со своим будущим мужем Маратом, который к тому времени уже был приверженцем радикальной идеологии. Так бедная девочка оказалась в цепких руках радикалов.

И сектанты без особого труда сделали свое черное дело — «промыли мозги» студентке

В 2013 году Марат и Галия заключили никях, естественно, не в ЗАГСе или мечети, а среди своих собратьев. Смыслом их жизни стало распространение злонамеренных идей и призывов сектантов.

Ее муж был осужден за террористическую пропаганду в соцсетях и попытку выезда в Сирию

Когда он оказался за решеткой, мы стали проводить работу с Галией, разговаривали с ней, создавали условия для встречи с мужем, теологами, психологами, помогли зарегистрировать брак официально. Но

через некоторое время ее саму уже арестовали за то, что она продолжала публиковать экстремистские посты в соцсетях

Как видите, она не извлекла урока из ошибок мужа. Так всего за какие-то 2-3 года молодые люди превратились в опасных для общества людей. Итог этой печальной истории – 4,5 года тюрьмы Марату за пропаганду насилия и призывы к терроризму и 5 лет – Галие.

Получается,

Галия в этом деле даже превзошла своего мужа. Сейчас им 23-24 года, лучшие свои годы они проведут за решеткой

Мы проводим с ними работу, чтобы они вернулись после отбывания срока уже нормальными полноценными членами общества, но это очень сложная работа.

Вирус радикализма тяжело излечить

– Вы говорите, что таких девушек у нас много. Может они в свое время и хотели бы обратиться за помощью, но не знали куда и к кому обращаться, поэтому оказались в такой тяжелой ситуации, в такой среде. Вот как реально можно помочь таким соотечественницам?

— Когда сознание человека уже отравлено опасной идеологией, переубедить его намного сложней.

У женщин, попавших в сети культов, появляется зависимость, черно-белое «тоннельное» мышление

Вербовщики намеренно формируют у своих жертв «информационные блоки», то есть все другие источники информации становятся для них недостоверными и ложными, вплоть до близкого окружения и родственников. Так они отдаляются от семьи, нарушаются родственные связи.

Они не слышат нас — и не потому что не хотят слышать, а потому что их научили нас НЕ СЛУШАТЬ и НЕ СЛЫШАТЬ

Пока мы не уберем все эти «дефициты общения», ни о каком диалоге не может быть речи. Реабилитация не может быть монологичной, это диалогичный процесс, поэтому в помощь нашим имамам приходят психологи.

Во всех регионах работают реабилитационные центры, поэтому

если заметите какие-либо изменения в поведении человека, сразу бейте тревогу, обращайтесь в эти центры или к имамам

У кого нет учителя, у того учитель — шайтан

Родителям нужно быть очень внимательными к окружению своих дочерей, особенно тогда, когда они становятся на намаз. Обязательно надо интересоваться, в каких соцсетях она сидит, замечать даже малейшие изменения в ее поведении. В таких вопросах, как говорится, не может быть мелочей.

Девушкам и молодым женщинам, ставшим на намаз, необходимо помнить, что религиозные знания нужно получать из достоверных источников. Благо у нас в Казахстане для этого созданы все условия. Вся информация сейчас очень доступна, есть официальные сайты муфтията, ДУМК, где также можно получать религиозные знания.

Сегодня в Казахстане проводится большая работа по информационной мобильности верующих, есть приложения с нужной информацией.

Учиться надо у наших устазов в мечети, «Ұстазы жоқ адамның ұстазы — шайтан», — говорили наши предки

Ни в коем случае не нужно доверять религиозное просвещение незнакомым людям из социальных сетей! Никогда не слушайте представителей деструктивных течений, которые стараются очернить наших имамов, распространяют о них негативную информацию и плохо отзываются о наших традициях и обычаях.