Нур-Султан
Сейчас
-9
Завтра
-18
USD
420
0.00
EUR
510
0.00
RUB
5.72
0.00

Из России с приветом: как выжить казахстанскому бизнесу в условиях интеграции

2921

Если обратиться к статистическим данным, то на 1 июня 2014 года из 35 204 зарегистрированных представительств и предприятий с участием иностранного капитала – российские составляют более 31 процента (10 605), а из 459 вновь открывшихся иностранных предприятий в 2014 году предприятий с участием российского капитала уже 39 процентов. «Изменение количества компаний с долей российского капитала, работающих в Казахстане, нужно смотреть в динамике, – отмечает глава Регионального представительства Торгово-промышленной палаты России в Центральной Азии Виктор Жигулин. –

Если до создания Таможенного союза их было всего 3,5 тысячи, то, по официальным статистическим данным на 1 ноября этого года, зарегистрировано уже 10 840 различных представительств, филиалов и других юридических лиц с участием российского капитала.

Но реальная картина несколько отличается, так как среди всех зарегистрированных компаний следует выделять действующие, которые платят налоги, а таковых порядка 60 процентов. Для сравнения, компаний с участием китайского капитала в Казахстане было зарегистрировано 2,5 тысячи, и только 500 из них относились к действующим. Также, исходя из моего личного опыта отмечу, что реальное число компаний с участием российского капитала в РК больше как минимум на 20–30 процентов. Дело в том, что достаточно часто бывает, когда компания вроде бы на 100 процентов казахстанская и директор у нее местный, а хозяин при этом россиянин».

Безымянный

Казахстанский бизнес был не совсем готов к обострившейся в рамках ТС конкуренции

Понятно, что, регистрируясь в Казахстане, компании становятся казахстанскими налогоплательщиками и это, безусловно, плюс, но при этом во многих секторах казахстанский бизнес был не совсем готов к обострившейся в рамках ТС конкуренции. После же того как рубль серьезно ослаб по отношению к доллару и тенге, потеряв в цене более 75 процентов, некоторые производители и вовсе запаниковали. Например, серьезно осложнилось положение казахстанских производителей молока и молочных продуктов, у которых себестоимость производства изначально выше, чем у российских и белорусских молочников. Поэтому, даже с учетом доставки, цены на завезенную от коллег по ТС продукцию и ранее оказывались конкурентоспособными, а с учетом «просевшего» рубля ситуация еще больше осложнилась. Председатель совета директоров Raimbek Group Раимбек Баталов на открытии сезона заседаний Экспертного клуба Raimbek, посвященного теме «Продовольственная безопасность Казахстана в свете экономических вызовов последнего времени» высказался о необходимости субсидирования молочного бизнеса государством, так как это чуть ли не единственный шанс избежать убытков в условиях наводнения рынка дешевой импортной «молочкой». А ОЮЛ «Молочный союз Казахстана», в свою очередь, провел «круглый стол» совместно с Палатой предпринимателей города Алматы на тему «Пищевой рынок Алматы: развитие и защита отечественных производителей». Участники «круглого стола» видят еще один выход из сложившейся ситуации – облегчение условий работы и определенные льготы для местных производителей со стороны розничных торговых сетей. Сами ритейлеры к предоставлению каких-либо серьезных льгот пока не готовы, но в той же Беларуси существует пример того, как сети законодательно обязали обеспечить 50 процентов ассортимента за счет отечественных производителей.

Но тут возникает вопрос – а могут ли наши производители обеспечить 50 процентов ассортимента сети?

Ритейлеры уверяют, что по целому ряду товарных групп они этого сделать не смогут. Об этом же говорят и данные некоторых отраслевых союзов и ассоциаций. Эксперт ОЮЛ «Молочный союз Казахстана» Лидия Михеева вспоминает, что еще в 2010 году президент РК Нурсултан Назарбаев говорил о том, что к 2014 году не менее 80 процентов внутреннего рынка продовольственных товаров должны составлять отечественные продукты питания. Но если молоко и кисломолочная продукция в целом по стране на 80 процентов местная, то маслом мы себя обеспечиваем лишь на 60, сырами – на 30, а сухим молоком – только на 5 процентов. А сухое молоко, кстати, постоянно требуется казахстанским производителям «молочки», когда в холодный сезон им не хватает сырья – цельного молока. А по данным ОЮЛ «Союз пищевых предприятий Казахстана», например, в кондитерском сегменте, казахстанская продукция занимает 51 процент, а 49 приходится на долю импортеров. Но учитывая, что 15 процентов произведенных у нас конфет и прочих кондитерских изделий идет на экспорт, то и тут получается, что мы обеспечиваем себя лишь на 36 процентов. Если же отвлечься от продовольствия и вспомнить о легкой промышленности, то там ситуация и вовсе безрадостная. По данным главы казахстанской Ассоциации предприятий легкой промышленности Любови Худовой,

на долю текстильной продукции отечественного производства приходится всего 10 процентов, а на долю обуви – символический один процент.

Девальвации наши производители боятся еще больше, чем конкуренции

Но вернемся к молочникам, которые сейчас наиболее активны в обсуждении сложившейся ситуации. Как поясняют специалисты Молочного союза Казахстана структура производства у нас в стране сложилась так, что 85 процентов крупного рогатого скота содержится в мелких подсобных хозяйствах, а в Беларуси 90 процентов – в крупных. У нас корова дает в среднем 2200 литров молока в год, в России – 3700, а в Беларуси – 4800 литров. То есть нам надо чуть ли не 2,5 коровы, чтобы получить столько же молока, сколько от одной буренки в Беларуси. Кроме того, у нас много перекупщиков, промежуточных звеньев, очень большие торговые надбавки и бонусы, которые требуют ритейлеры.

«Промышленные масштабы всегда выгоднее, а в Казахстане сырое молоко, то есть сырье, производится на частных подворьях, а доля крупных ферм порядка 10 процентов, и то они имеются не в каждом регионе, – поясняет участник Регионального совета Палаты предпринимателей города Алматы, сопредседатель ОЮЛ «Молочный союз Казахстана» Аида Сапаргазинова. – В России на долю крупных ферм приходится порядка 60 процентов, а в Беларуси практически все молоко производится на крупных фермерских хозяйствах, что делает сырье намного дешевле, а конечную молочную продукцию конкурентоспособной даже с учетом доставки в Россию или Казахстан. У нас выпадает 100 миллилитров осадков в год, а в Беларуси в пять раз больше. Также у Казахстана большая территория и сложная логистика, что вносит свою лепту в себестоимость продукции. Прибавьте к этому недостаток промышленного производства кормов и комбикормов, посевов под которые все меньше, так как приоритет отдается пшенице и другим зерновым культурам. Аналогичная ситуация, кстати, с сахарным производством, которое сокращается, так как в стране почти не производится сахарная свекла. Субсидии от государства идут, но многие программы не совсем грамотно разработаны и, так сказать, «шероховатости» резко снижают эффективность этих программ. В такой ситуации ритейлеры должны поддержать отечественного производителя. Необходимо разделение коммерческих рисков между сетью и производителем. А, например, торговые сети в Западном Казахстане, скажем, «Идеал», «Атаба» до 80 процентов своих молочных полок отдают под российскую и белорусскую продукцию».

2

Вице-президент ОЮЛ «Союз пищевых предприятий Казахстана» Айжан Наурзгалиева также отмечает, что в Алматы острота ситуации не так заметна, а вот производители приграничных регионов активно жалуются, что у них увеличился объем российской продукции, так как курс рубля упал. Но даже учитывая это, в большинстве своем девальвации наши производители боятся еще больше, чем конкуренции, так как очень многие «завязаны» на импортном сырье.

Впрочем, от импортного сырья очень сильно зависят и многие российские производители, к тому же их положение серьезно осложняется санкциями Запада против России и ответным российским запретом на импорт. Поэтому, по логике, опасаться следует больше конкуренции не со стороны российской, а со стороны белорусской продукции. Про Беларусь вообще часто говорят, как про страну с «идеально выстроенной» пищевой цепочкой – сами вырастили, сами переработали, сами произвели.

Что касается российских производителей, то, во-первых, некоторые из них пока еще работают на старых запасах, но всегда эта ситуация продолжаться не сможет. А во-вторых, учитывая разницу в курсах валют, им выгоднее сейчас продавать свою продукцию дороже на казахстанском рынке, нежели реализовывать ее дешево на собственном.

«Отличительная черта российского бизнеса – это масштабность, которая и дает ему конкурентное преимущество, – считает начальник мониторинга и оценки государственных программ Палаты предпринимателей города Алматы Марьям Хасанова. – Например, у нашего у туроператора 1 самолет, а у российского – 65 бортов. Чувствуете разницу? Российский оператор вышел в этом году на казахстанский рынок и весьма обострил конкуренцию. Очень чувствителен к конкуренции и наш строительный рынок, так как мы что-то завозим из России, что-то из Турции, из Гонконга и так далее, а Россия во многих сегментах этого рынка производит сама и сейчас за счет падения курса рубля очень конкурентоспособна в Казахстане со своим товаром. Например, «ЛИКовские окна» успешно работали в Казахстане с 2004 года, а сейчас не выдержали натиска конкурентов. Но и в самой России очень большие проблемы. Недавно, в октябре я была на одной из российских выставок и, конечно, несмотря на то что масштабы российского производства впечатляют, там всех волнуют санкции и российский ответ на них, тревожит слабеющий рубль. В кулуарах повсеместно говорят о дефиците сырья, о сложностях, ожидающих производителей».

Отечественный производитель просит поддержки

Итак, чем же можно помочь отечественным производителям, которые, как мы отметили выше, боятся девальвации и ищут другие способы противостоять дешевому импорту. Как вариант, действительно обязать сети если и не обеспечивать определенный процент присутствия местных производителей на полках, то хотя бы предложить им льготные условия. «Сети занимают 30–35 процентов рынка и их доля продолжает увеличиваться, так как все больше потребителей хотят покупать в современном розничном формате, – рассказывает представитель коммерческого департамента компании «ФудМастер Казахстан» Ануар Нурбаев. – Но кроме платы «за входной билет» торговые сети требуют с производителей выплаты за внесение ассортимента в базу ритейлера (листинг), выплаты фиксированных ретро-бонусов за наличие товара на полках, маркетинговые выплаты и так далее, а также обязательную максимальную отсрочку платежа, доходящую для молочной продукции до 30 дней. Применение данной политики ритейлерами напрямую влияет на увеличение стоимости продукции, что в конечном итоге бьет по кошельку потребителей и очень осложняет работу производителей, которые сырье, как правило, получают на условиях предоплаты. Мы были поддержаны государством через Фонд развития предпринимательства «Даму», но деньги нужно будет возвращать, а как это сделать в сложившихся условиях? Я считаю, что сетям надо дать нам льготный период в течение года, чтобы у казахстанских производителей была возможность показать себя».

В свою очередь, эксперт Палаты предпринимателей города Алматы Ляззат Акылжанова отмечает, что отечественные бизнесмены пребывают нынче в очень пессимистичном настроении из-за сложностей в работе с сетями. Палата проводила среди них анкетирование, в которое входил такой вопрос, как «готовы ли вы расширять свой бизнес?». И некоторые предприниматели ответили, что готовы, но это не имеет смысла, так как нет рынка сбыта. «Одно предприятие может платить до 22 миллиона тенге, чтобы представить свою продукцию в сети, – поясняет Ляззат Акылжанова, – МСБ это не по силам. Российский же бизнес берет масштабностью и неплохо отработанной цепочкой «производство – доставка – реализация».

Что же говорят сами ритейлеры? «Современный ритейл – это также современный стандарт качества в торговле, именно поэтому сети отвоевывают все большую долю рынка у других форматов, – поясняет представитель отдела качества компании «Метро Кэш энд Керри» Ляззат Сарбасова: – Мы совсем не против поддержки отечественного производителя. Но соответствует ли качество производства казахстанских предприятий тому, чтобы войти в сеть? У многих ли внедрена система менеджмента качества, пусть и не сертифицированная? Почему в сети практически нет мелких производителей? Потому что они не соответствуют элементарным требованиям. Мы приходим к ним, а они не знают ни техрегламента, ни санитарных норм, ни других хотя бы базовых вещей.

Импортного товара, в частности российского, у нас действительно много, а причины две – качество и цены.

В связи с падением курса рубля конъюнктура складывается, конечно, не в пользу казахстанского производителя. Скажем, российское растительное масло сегодня стоит 180 тенге, а казахстанское – 240. Так какое из них выгоднее продавать сети, когда потребители достаточно чувствительны к своим расходам и в большинстве своем прежде всего обращают внимание на цену? Да и сами наши производители, которые в этом году, скажем, вырастили лук, пошли продавать его в Россию, так как у нас элементарно не хватает овощехранилищ. И лук в связи с этим у нас, кстати, стал стоить 100 тенге, хотя в прошлом году стоил 40. Кроме того, мы уже сейчас понимаем, что у нас возникнут проблемы с тем, что мы будем продавать весной. Вероятно, китайский лук и пакистанскую картошку…»

3

Сети по-своему можно понять, впрочем, так же как и самих потребителей. Многие не могут себе позволить исключительно из патриотизма приобретать более дорогую отечественную продукцию, а покупают то, что дешевле. И не случайно в середине декабря на просторах Интернета выкладывались фото многочасовых пробок на границе Западно-Казахстанской области и России, куда в связи с упавшим рублем казахстанцы из приграничных районов отправились на массовый шопинг, скупая и продукты питания, и технику, и автомобили. А одной из самых популярных статей Казнета в это время была рекомендация о том, сколько можно выгадать, если поехать за автомобилем к северным соседям.

Конечно, ситуация эта временная, и старые запасы, которые российские торговые точки могут реализовывать, не поднимая цен, быстро подходят к концу. В декабре подняли цены Samsung и Apple, а 17 декабря до некой стабилизации с курсом рубля остановили продажи автодилеры, чего не случалось ни в один из предыдущих кризисов в России. Но многие все-таки успели воспользоваться ситуацией и отоварились у северного соседа, спад в экономике которого уже более чем очевиден. Так почему бы не закупиться в тех же казахстанских сетях недорогим продовольствием российского производства, если есть такая возможность? Потребителей, зарплаты которых на фоне российских сейчас хоть и выглядят весьма привлекательно, но все же у многих оставляют желать лучшего, сложно осуждать за желание сэкономить. Торговые же сети, которые на сегодня в большинстве своем также являются чисто казахстанскими предприятиями (за исключением того же «Метро» и «Рамстора») сложно осуждать за желание выставлять на полках дешевый импорт, тем самым привлекая к себе больше покупателей.

Поэтому и ставится вопрос об еще одном варианте помощи производителям – субсидиях от государства. Но, например, глава мясомолочного союза Казахстана Кайрат Оспанов считает, что отечественные производители-переработчики и так злоупотребляют помощью государства и мало вкладывают собственных усилий:

«Скоро вообще получится так: дайте нам денег, а мы делать ничего не будем. Зачем работать – государство же выдает субсидии «на развитие».

Ведь если посмотреть налоговое законодательство в России и у нас – это небо и земля. НДС у нас 12 процентов, а у них 18, а корпоративный подоходный налог у нас 20, а у них 30 процентов. При этом более половины потребляемого в Казахстане продовольствия имеет заграничное происхождение, а каждая вторая пачка молока, выпущенная где-нибудь в Алматинской области, сделана из импортного сухого молока. Или, в лучшем случае, из киргизского цельного. Фермами заниматься никто не хочет. Ведь это огромный труд и большие инвестиции. Намного легче молокопереработчикам просить субсидии, а потом разводить сухое молоко, выдавая его за натуральный продукт. Мне кажется, прежде чем строить молокозаводы, стоит задуматься о том, где брать сырье. Поддерживать надо сельхозпроизводителей и стимулировать развитие собственного животноводства, тогда для переработчиков будет много сырья и не надо будет просить субсидий у государства».

Надо отметить, что в этом году перерабатывающая промышленность уже получила помощь от государства. Средства были выделены из Национального фонда в рамках второго транша из 1 триллиона тенге, предназначенного для развития экономики и реализации инфраструктурных проектов страны. Общая сумма второго транша составила 50 млрд. тенге, которые размещены в БВУ через АО «Фонд развития предпринимательства «Даму». Средства будут направлены как на создание новых, так и на модернизацию действующих производств и пополнение оборотных средств. Согласно условиям кредитования, банки направят выделенные средства на финансирование проектов предпринимателей обрабатывающей отрасли. Предприниматели смогут получить льготный кредит под 6 процентов сроком до 10 лет, а максимальная сумма займа составит 1850 млн. тенге. По словам председателя правления Фонда «Даму» Ляззат Ибрагимовой, выделение дополнительных 50 млрд. тенге с учетом оборачиваемости, по прогнозу, за 20 лет позволит профинансировать проекты МСБ в целом на сумму 176,8 млрд. тенге. Прогнозное количество профинансированных предприятий за 20 лет составит более 800. Отличием данной программы от первой является запрет на выделение средств на рефинансирование действующих кредитов. Также не подлежат кредитованию производство подакцизной продукции и организации, в которых государству принадлежит доля 50 процентов и выше, либо учредителями которых являются национальные компании или холдинги.

Кроме того, в бизнес-среде отмечают и другие меры этого года, которые пусть и не напрямую финансами, но также очень поддержали предпринимателей. Во-первых, это мораторий на проверку предприятий со стороны госорганов, который начался 2 апреля этого года и закончится 1 января 2015-го. Во-вторых, Указ Президента о подготовке законопроекта, отменяющего с начала следующего года практику плановых проверок. Эта мера приведет к тому, что проверкам будут подвергаться только те предприниматели, у которых высокая вероятность нарушения законодательства. И, наконец, с 1 января предполагается упрощение ликвидации субъектов МСБ, а именно с этим ранее и было связано до 30 процентов всех проверок.

Неиспользованные возможности

Существуют и неиспользованные резервы у самих производителей. Например, в Жамбылской области работает предприятие «Бурненский сырозавод», которое не может пробиться на полки крупных казахстанских сетей. Благодаря помощи государства предприятие увеличило производство, а вот с реализацией продукции возникли проблемы. Хотя в отраслевой ассоциации (ОЮЛ «Молочный союз Казахстана») называют этих сыроделов лучшими в СНГ и с выставок, проходящих на родине сыроделия в России, в Алтайском крае, наш производитель привозит золотые медали. «Наше предприятие существует с 1951 года, конечно, у нас был сложный период, когда мы останавливались и снова запускались, но, главное, что мы до сих пор работаем по ГОСТу советских времен на полностью натуральных продуктах, – рассказывает коммерческий директор предприятия «Бурненский сырозавод» Ильяс Курманов. – А в это время наши конкуренты из других стран СНГ, например, из Украины работают на растительных заменителях жира и за счет этого делают свою продукцию значительно дешевле. Ситуация складывается не в нашу пользу еще и потому, что нам все время не хватает сырья. В 1990-х годах в Казахстане было более 9 миллионов крупного рогатого скота, а сейчас порядка 5 миллионов. В Казахстане очень мало молока, и производители закупают сухое молоко у той же России, Беларуси и даже Новой Зеландии и Австралии. Мы же работаем на цельном молоке, и чтобы сделать 1 кг сыра нам надо переработать 13 кг молока. Нам тяжело и невозможно конкурировать по цене с теми же украинцами, которые продают свой сырный продукт, заметьте, именно продукт, а не сыр, по оптовой цене 3 доллара, что составляет порядка 600 тенге. Нам неплохо помогло государство, но цена нашего сыра все равно не может сравниться с теми, кто использует растительные добавки. Хотя кардинально цена нашей продукции рискует вырасти именно при выходе в сеть. Так, килограмм нашего сыра стоит 1220–1250 тенге, добавим к этому буквально 20–30 тенге на доставку и оплату тех людей, которые представляют наши интересы в Алматы, куда мы сейчас упорно стараемся пробиться, и получится вполне конкурентоспособная цена. Но в торговых сетях требуют бонусы, выплаты на различные маркетинговые активности и так далее и, если нам все-таки удастся в них выйти, наш сыр станет намного дороже».

Реклама – это давно признанный двигатель современной торговли

Казалось бы, в этом примере все просто, и ритейлеры элементарно зажимают нашего производителя, но вот вы слышали об этих прекрасных отечественных сырах, выпускаемых еще с середины прошлого века? Реклама – это давно признанный двигатель современной торговли и если ее не давать и не делать каких-то маркетинговых ходов, то и на успех продаж сложно рассчитывать. Данный производитель не продвигает свой товар, поэтому никто и не знает, что наш отечественный «Бурненский сырозавод» производит натуральный сыр, на каждый килограмм которого идет 13 кг молока, а некоторые импортеры успешно отвоевывают долю рынка за счет низких цен на сырный продукт. «В рамках ТС возможности защиты рынка становятся ограниченными, и в это непростое время добросовестная конкуренция особенно важна, – считает Аида Сапаргазинова. – Идет массовая фальсификация, например, растительные жиры дешевле молочных в 8–10 раз, и некоторые зарубежные производители их широко используют, особенно этим часто грешат украинские компании, но нередко и российские. При этом на ценниках торговые сети не пишут «спред», а пишут «сливочное масло», сырный продукт превращается в «сыр», а творожный продукт в «творог». Вроде бы, использование растительных жиров и белков не запрещено, но иногда создается такое ощущение, что та продукция, которая не идет у них самих, сбрасывается на наш рынок».

4

Добросовестная конкуренция, так же как и информирование потребителя о составе продукта, безусловно, необходима. Но давайте вернемся к значению маркетинговой активности и посмотрим еще на один пример – пример выхода на казахстанский рынок российского бизнесмена с сетью обувных магазинов. Когда-то магнитогорец Евгений Коновалов работал менеджером среднего звена в московском офисе обувной компании «Респект», а сегодня он является совладельцем одной из крупнейших казахстанских сетей обувных магазинов под тем же брендом. Именно на маркетинговых приемах, в то время уже обычных для российского рынка, но еще не опробованных на нашем, казахстанском, он сумел сделать рывок и создать из одного магазина в Алматы 32 салона в 10 казахстанских городах. И ведь продавалась там в большинстве своем обычная китайская обувь. Но на нашего потребителя, который в 2004 году еще не был избалован обилием акций, большое впечатление произвела и схема «1+1=3», когда при покупке двух пар обуви, третья дарилась в подарок, и проводимая раз в неделю акция с игральными костями, когда покупатель мог сам кинуть кубики и определить для себя размер скидки. Сегодня эту сеть ругают и за качество продукции, и за взлетевшие цены, но бизнес развивается, бизнес растет, а покупатели идут и оставляют в салонах обуви «Респект» свои тенге, что для предпринимателя, безусловно, является основной целью.

А вот еще один пример, на этот раз маркетингового бездействия. Вице-президент «Союза пищевых предприятий Казахстана» Айжан Наурзгалиева рассказала нам об отечественных производителях колбасных изделий. Компания «Бижан» имеет свою базу в Костанае, откуда и доставляет мясо для своего производства, и хотя транспортные расходы сказываются на себестоимости продукции, зато предприятие всегда снабжено сырьем. Другое предприятие – «Еткон» покупает сырье у местных производителей, но иногда поставщикам сложно обеспечить постоянные объемы и тогда приходится закупать импортное мясо. И оба этих производителя работают по ГОСТу на натуральном сырье, а их продукция имеет небольшой срок годности. А то, что к нам на рынок поступают колбасы из России и Беларуси по цене ниже, чем у местных производителей, можно объяснить, в том числе, использованием в производстве различных растительных и пищевых добавок, увеличивающих срок годности. Когда же мы поинтересовались, почему же ради собственной прибыли казахстанские «колбасники» не перейдут на использование добавок, выяснилось, что и все производство, и ГОСТ, и даже технологи этих и подобных им предприятий ориентированы именно на натуральное производство, а любые изменения требуют денежных вложений. Тут, кстати, можно вспомнить нашего производителя конфет «Рахат», все производство которого ориентировано на натуральные какао-бобы, а не на сою. В отличие от него многие российские кондитерские фабрики в постсоветское время были переоснащены, и именно поэтому те же московские конфеты уже далеко не так вкусны, как в незапамятные времена. Но тут опять возникает вопрос: почему казахстанские колбасники, работающие на натуральном сырье без каких-то сомнительных добавок, не рекламирует это свое преимущество? Почему не делают на нем акцент и не завоевывают за счет этого новую целевую аудиторию? «Реклама – это проблемный момент среди наших пищевиков. – отмечает Айжан Наурзгалиева. – У нас есть свой специализированный журнал и даже в нем они рекламируются не активно. Так получается, что они «заточены» на производство, а не на развитие каких-то маркетинговых составляющих».

Еще немного статистики

Как же росло число предприятий с участием российского капитала, вышедших на казахстанский рынок в последние месяцы? Тут надо отметить, что рост продолжается, но о каком-то особом «буме» этого года говорить не приходится. Так, с апреля по ноябрь в Казахстане было зарегистрировано 310 новых компаний с участием российского капитала. В конце сентября на российско-казахстанском Деловом совете, который прошел в Атырау в рамках XI Форума межрегионального сотрудничества Казахстана и России, заместитель председателя правления НПП РК Рахим Ошакбаев отметил, что текущие санкции и условия создают проблемы для ведения бизнеса в России, но нельзя забывать, что Казахстан является частью единой таможенной территории, что подразумевает свободное перемещение товаров. И для многих иностранных компаний, которым будет тяжело вести бизнес в России, совершенно очевидна логика, почему бы не поставить подобное производство в Казахстане с нашим хорошим деловым климатом и низкими налогами? И эти товары экспортировать в Россию? Он также пояснил, что, хотя международные санкции против России формально, с юридической точки зрения, не распространяются на Казахстан, но, по его мнению, будет опосредованное влияние. «Если в России будет экономический спад, а он уже совершенно очевиден, а Россия – ключевой внешнеторговый партнер Казахстана, то это тоже будет влиять на перспективу нашего экономического роста. Это с одной стороны. С другой стороны, если в России будет серьезная девальвация, она создаст серьезные проблемы Национальному банку РК по удержанию нашего курса. Это не повлечет девальвацию, но, соответственно, усилит давление на наш золотовалютный резерв для поддержания курса тенге», – пояснил Рахим Ошакбаев. Правда, на момент этого выступления, в сентябре, рубль хоть и девальвировал, но еще не падал так низко, как это произошло на торгах 16 декабря, после чего российский «Центробанк» беспрецедентно поднял ключевую ставку до 17 процентов и рубль немного отыграл в курсе, но надолго ли?

Кроме обострившийся конкуренции казахстанского товара с дешевым импортом, некоторых соотечественников волнует и вопрос о том, не несет ли риск для вкладчиков работа на казахстанском рынке «дочек» российских банков. Да, юридически все они являются казахстанскими предприятиями и казахстанскими налогоплательщиками, но тем не менее опасения высказываются. Тем более что российские СМИ активно пишут о том, что модель российских розничных банков, специализирующихся на потребительском кредитовании, поломалась. И если раньше эти банки относительно дешево занимали деньги на рынке и у вкладчиков, а затем задорого раздавали их в кредит, то сейчас всего этого делать не получается. Спрос на кредиты падает, облигационный рынок закрыт, а вкладчики не спешат нести в банки свои накопления, предпочитая наличную твердую валюту. Правда, российский «Сбербанк» и «ВТБ 24» подняли ставки по депозитам в надежде на предновогоднюю активность граждан, но насколько их надежды оправдаются, пока сложно сказать.

У нас же на рынке наблюдается любопытная статистика. Специалисты аналитической службы Ranking.kz отмечают, что на казахстанском кредитном рынке возрастает вес дочерних иностранных банков. За октябрь 2013–2014 совокупная доля банков с доминирующим участием иностранного капитала (свыше 90 процентов) выросла с 9,8 до 11,1 процента. В Казахстане работает 14 банков, у которых 90 процентов акционерного капитала принадлежит нерезидентам республики. По итогам сентября эта группа банков выдала кредитов на сумму в 1,6 триллиона тенге. Рост агрегированного портфеля за год составил 26,8 процента (на 335,2 миллиарда тенге), для сравнения, весь рынок вырос всего на 11,4 процента.

Самый крупный банк с доминирующим участием иностранного капитала в Казахстане – это «Сбербанк». Объем выданных им кредитов превосходит уже 1 триллион тенге, что составляет более 7 процентов от кредитного рынка Казахстана. Годовой же рост составил 41,4 процента (на 295,6 миллиарда тенге). По консолидированной отчетности за первое полугодие 2014 года банк направил на кредитование бизнеса 84 процента своего портфеля. При этом фининститут обеспечил достаточно широкую диверсификацию своих кредитных потоков, и ни одна отрасль не превышает 30 процентов от всего объема займов. Основные отрасли экономики, кредитуемые «Сбербанком» по итогам второго квартала 2014 года, – торговля (22,5 проц. от кредитов юрлиц), производство (16,5), сельское хозяйство (12,7) и услуги (12,2). Сейчас банк активно расширяет линейку розничного кредитования и за полгода доля физлиц в портфеле выросла на 2 процента. При этом нам не удалось найти информацию о том, какую долю среди кредитуемых компаний занимают компании с участием российского капитала, так как такая информация является закрытой и может быть доступна только для внутреннего пользования самого банка.

Между тем следом за «Сбербанком» среди банков-кредиторов бизнеса идет еще одна российская «дочка» – «Альфа-Банк». У него более узкий кредитный охват по юрлицам. Половина портфеля банка – это кредиты, выданные компаниям оптовой торговли (54,2 проц.), и еще 22,6 процента портфеля занимает производство. На третьем месте – «Банк ВТБ», который занимает 0,9 процента кредитного рынка (четвертый эшелон). За 2014 год банк не предоставлял данные, а в прошлом году основной акцент «ВТБ» был сделан на оптовой торговле (42,2 проц. – от кредитов юрлиц), а доля физлиц в ссудном портфеле составляла 23,2 процента. Четвертое место – у «Хоум Кредита», который хоть и имеет чешские корни, но у нас зарегистрирована дочка именно российского «Хоум Кредита».

Словом, ситуация последних месяцев обострила те опасения наших производителей и потребителей, которые высказывались еще в преддверии создания ТС. И если пару лет назад об экспансии российских компаний на казахстанский рынок говорили больше со знаком «плюс» и приветствовали новых инвесторов, то сейчас сложившаяся ситуация вызывает настоящую тревогу среди части казахстанских предпринимателей. Вновь возникают извечные вопросы «кто виноват?» и «что делать?», и ответить на второй из них сегодня значительно труднее, чем на первый. Но ответы на вопросы и пути решения проблемы все-таки придется искать, так как даже оптимисты сегодня становятся реалистами и понимают, что наших и без того неокрепших производителей ожидают не самые легкие времена. Впрочем, все относительно в этом мире, и у российского бизнеса есть еще больше поводов для пессимизма.

Статья любезно предоставлена журналом «Центр Азии».

© «365 Info», 2014–2021 info@365info.kz, +7 (727) 350-61-36
050013, Республика Казахстан г. Алматы, мкр. Керемет, дом 7, корпус 39, оф. 472
Заметили ошибку в тексте? Выделите ее и нажмите Ctrl+Enter