Перед саммитом в Дублине европейских лидеров призывали определиться с готовностью к диалогу с Россией, выработать общую позицию и назначить ответственных за контакты с Москвой. Призывы звучали не только от американцев, но и от некоторых участников неформальной встречи. Однако Европа так и не смогла выйти из тупика — и не только в вопросе о том, кто будет вести переговоры, пишет колумнист РИА Новости.

Фото: sputnik.kz
Европа застыла в шаге от участия в существующем формате трехсторонних российско-американо-украинских заседаний. Американцы просили за нее в Москве, и Россия в принципе была не против — при условии, что обсуждаться будет прежде всего новая архитектура европейской безопасности, а мир на Украине станет лишь частью (пусть и важнейшей) этих договоренностей. Если Европа действительно боится нападения России или хотя бы хочет окончания украинского конфликта, ей следовало бы сказать: «Да, конечно, мы готовы». Но слышим мы совсем другое.
Кая Каллас называет предложение России о создании новой архитектуры безопасности «ловушкой», а Фридрих Мерц заявляет, что им «не нужно этого делать», поскольку система европейской безопасности уже существует, так как ее основу составляет НАТО. Прежний, Хельсинкский миропорядок (выстроенный в 1975-м) «разрушила Москва — и только Москва». Европейцы настаивают: говорить с Россией о «вечном мире» (как сформулировал накануне Путин) им неинтересно. Главное сейчас — давить на русских с помощью американцев, чтобы получить Украину. Как сказал тот же Мерц, обращаясь к Трампу: «Пожалуйста, никаких сюрпризов. Продолжайте играть в составе «команды Европы» и «команды Украины».
Но нет никаких двух команд — есть западная команда, которая сделала ставку на получение Украины. Ее частью являются и киевские правители, но вот насчет американских планов на продолжение игры в одном с ними составе имеются сомнения. Причем не у русских, против которых и идет игра, а у самих европейцев. Отсюда и повышенная нервозность, и ультимативные требования Мерца к восточноевропейским странам согласиться с выделением новых кредитов для Киева. И упорное нежелание соглашаться на разговор с Россией по существу — а ведь только такой разговор и способен привести к завершению войны и даже (со временем) к восстановлению нормальных соседских отношений.
Европа хочет мира? Путь к нему открыт: перестать обманывать себя возможностью сломить Россию и оставить надежды на переход Украины в западный военно-политический лагерь. Вместо этого ставка делается на затягивание конфликта, на выдвижение заведомо неприемлемых для Москвы условий — и накануне Владимир Путин образно описал это старой шуткой про деньги в тумбочке. Когда проворовавшийся муж объясняет следствию происхождение денег тем, что берет их в тумбочке, куда их кладет жена, которой деньги дает он. И на новый вопрос — ну а вы-то где их берете? — отвечает: в той же тумбочке.
Европа хочет, чтобы Россия сначала заключила мир с Украиной, а уже потом начала обсуждать с Западом вопросы общеевропейской безопасности. Россия резонно возражает: ведь вы публично обещаете сразу же после завершения боевых действий на Украине ввести туда европейские войска, прекрасно осознавая, что для нас это абсолютная красная линия. Они станут целью наших ударов — и война возобновится. Значит, вы, европейцы, на самом деле не хотите никакого прекращения войны, если заранее готовитесь к действиям по вводу войск, то есть собираетесь сделать то, ради недопущения чего и была начата СВО.
Европейская попытка играть с Россией в «украинскую тумбочку» рано или поздно закончится. Даже сейчас у Евросоюза есть шанс прийти в себя, но пока что, похоже, там не собираются им воспользоваться. Как иначе объяснить, что в следующий четверг в Берлине пройдет саммит «коалиции желающих», на котором Мерц, Макрон, Бернем и другие европейцы будут обсуждать в том числе и «гарантии безопасности для Украины после войны». Если «коалиция желающих» снова сообщит о своем желании ввести войска на Украину, как только умолкнут пушки, тем самым она даст ясный ответ на сделанное Путиным Европе предложение определиться, чего же она хочет на Украине — мира или войны. ЕС выберет продолжение войны и снова будет говорить о русской угрозе, экспансии и отказе Москвы от переговоров. То есть вернется к рассказам про тумбочку.