Нур-Султан
Сейчас
14
Завтра
9
USD
426
-0.41
EUR
493
-1.42
RUB
5.97
-0.01

Налоговики против НПО: штрафы на миллионы и конспирологические страхи

582
Евгений Жовтис, фото с сайта dailynews.kz

Вот несколько наиболее известных НПО, которых государство атакует за налоговую отчетность:

  • общественный фонд «Еркіндік Қанаты»,
  • «Международная правовая инициатива»,
  • «Международный центр журналистики — MediaNet»,
  • «Правовой медиацентр»,
  • общественное объединение «Эхо»,
  • «Кадір-қасиет»
  • «Казахстанское международное бюро по правам человека и соблюдению законности» (КМБПЧ).

Все эти организации еще 30 ноября сделали совместное заявление, что используют все способы защиты от посягательств государства на право деятельности.

Сначала НПО предполагали, что прессинг налоговиков связан с предстоящими парламентскими выборами. Но выборы прошли, а атаки продолжаются. Несколько НПО получили гигантские штрафы и приостановили деятельность на три месяца.

Вы правы, но вот вам отказ

1 февраля Бюро по правам человека Евгения Жовтиса проиграло суд по срокам давности привлечения к административной ответственности за технические неточности, которые организация исправила в течение 10 минут. Конечно, впереди обжалование постановления в вышестоящей судебной инстанции.

Подробнее, за что и почему налоговики прессуют два десятка НПО, Евгений Жовтис рассказал медиапорталу 365info.kz.

— Подача этой истории вокруг нас в СМИ, конечно, выглядит совсем сумрачно, — говорит правозащитник. — Все немного не так. Первое — пока ни одно НПО даже не приостановлено, не то чтобы закрыто. Ни одно НПО еще не оштрафовано. Поэтому с юридической точки зрения эту ситуацию надо описывать верно.

— Постановления органов госдоходов есть, значит, механизм запущен? 

— Сейчас в отношении 4-5 НПО районными управлениями государственных доходов в Алматы и Нур-Султане вынесены решения о штрафе и приостановлении деятельности за некие нарушения Налогового кодекса. Эти решения в силу не вступили. Они еще не исполняются, потому что у всех затронутых организаций есть возможность их обжаловать сначала в вышестоящих органах — департаментах госдоходов в городах. А затем в судах.

Так что до момента фактического приостановления и штрафов еще месяца полтора как минимум 

Второе резюме — претензии, выдвинутые органами госдоходов, не имеют никакого отношения к уплате налогов или использовании денег на какие-то противоправные цели.

Камень преткновения

— Что же тогда произошло, и откуда у этой проблемы растут ноги?

— В 2016 году в Налоговый кодекс внесены изменения. По ним все, а не только некоммерческие организации или НПО, должны отчитываться в органы госдоходов по так называемой иной форме отчетности о получении каких-либо средств из-за рубежа, если это финансирование направлено на три цели:

  • на правовую помощь любого вида;
  • на любого рода социологические или иные опросы населения или общественного мнения;
  • сбор, анализ и распространение любой информации.

Последнее настолько широко, что под него можно подвести все что угодно. Но тем не менее вот такие требования были установлены Налоговым кодексом в 2016 году.

С того времени все, кто такие средства получает, должны предоставлять в налоговые органы две формы отчетности — 017 и 018

По 017-й форме каждая организация или человек, получающий иностранное финансирование на перечисленные мной цели, должен в течение 10 дней указать об их получении. По форме 018 раз в квартал получатель иностранного финансирования должен прислать детальный отчет, куда он эти средства израсходовал.

Например, наше бюро по правам человека по существу занимается двумя видами такой деятельности. Мы оказываем правовую помощь и консультации за счет иностранного финансирования. Кроме того, занимаемся мониторингом, поэтому каким-то образом собираем и распространяем информацию. Мы решили отчитываться вообще за все финансирование, которое получаем.

В результате у нас раз в квартал получается от 200 до 500 электронных страниц такой отчетности. Это огромные объемы

С нашей точки зрения, совершенно ненужной информации, которую мы представляем в госорганы. В течение 4 лет была тишина. Мы сдавали — они принимали, никаких претензий не предъявляли.

4 ошибки на тысячи страниц

— Наша организация относится к категории налогоплательщиков низкого риска — мы платим честно все налоги, мы прозрачны. Но что-то пошло не так в августе-сентябре 2020 года.

Связываю я это большей частью с предстоявшими парламентскими выборами. Еще немного, думаю, с событиями в соседнем Кыргызстане или Беларуси

Цель властей, думаю, была такова — проверить организации, получающие иностранное финансирование. Не канализируются ли через них средства на какую-нибудь протестную активность, организованную оппозицию и так далее.

— На момент предъявления этих претензий ваше НПО и другие чем-то особенным занимались, чтобы у государства возникли к вам вопросы?

— Абсолютно нет. Понятно, в какой-то степени особую активность могли рассматривать, например, у общественного объединения «Эхо» или фонда «Еркіндік Қанаты». Они традиционно занимаются наблюдением на выборах — готовят независимых наблюдателей и так далее. У нас же ничего нового не было. Также как и у других, кто попал под эту раздачу.

Налоговики всю эту отчетность на нескольких тысячах страниц за 4 года проанализировали. У нас нашли 4 расхождения

Причем это не утайка чего-либо, а одна форма с другой в чем-то не корреспондировали. Наше налоговое законодательство в этой части вполне нормальное. Хочу обратить внимание на то, что все мы люди и можем ошибаться — допустить описку или техническую ошибку. Для этих случаев есть возможность корректировки или исправления.

Нечего было допускать

— За ошибки, естественно, никого не наказывали. Если только это ошибка не умышленная и направлена специально на противоправные цели. Так вот, мы получили извещение о найденных у нас расхождениях 28 ноября. 30 ноября и 1 декабря мы их исправили. В двух случаях это были технические ошибки, а в двух случаях это было вообще ничего — мы эту отчетность вообще убрали, так как не должны были отчитываться. По существу, 1 декабря расхождений уже не было. И вся эта дополнительная отчетность была в электронной базе налоговых органов.

Но 2 декабря мы получили 4 протокола общей суммой более чем на 2 млн тенге штрафа и приостановления деятельности на 3 месяца. Ни за что

Естественно, мы подняли шум, стали сопротивляться. 30 ноября сделали заявление, потом начали писать возражения. По существу, перед выборами все приостановилось. Все время дело находилось на рассмотрении. Там процедура такая — сначала протокол. Потом они должны рассмотреть дело и вынести постановление, если считают, что там есть состав правонарушения. Затем вынести решение о наказании.

По статье 460-1, по которой в основном проходят все НПО, наказание жесткое и безальтернативное. 200 МРП — более 580 тысяч тенге и приостановление деятельности. Причем написано в законе — за предоставление недостоверной информации.

Понятие недостоверности нигде найти невозможно. Ошибка без умысла — тоже недостоверность, да? Мы ее исправили без проблем

Сами госорганы ошибаются не меньше, если не больше, чем мы. Я в одном из своих выступлений даже отметил, что моему главному бухгалтеру надо дать орден за четыре ошибки на тысячах страниц отчетности. Я счастлив, что у меня такой главный бухгалтер.

Валидация Казахстана

— Дальше картина развивалась таким образом, что у всех организаций рассмотрение их дел переносилось. До окончания выборов. Как только они прошли, сначала 15 января приостановлена деятельность и оштрафовано «Эхо». 25 января — наше бюро и Международная правовая инициатива. Мы, конечно, подняли большой шум.

Есть тут один пикантный момент, связанный с тем, что приостановленная 15 января организация «Эхо» является, ни много ни мало, членом совета гражданского общества Extractive Industries Transparency Initiative (EITI)

Это инициатива прозрачности добывающих отраслей промышленности, куда входит нашего государство. 18 января, то есть спустя три дня, совет этой организации уже сделал очень резкое заявление. А у Казахстана валидация, то есть подтверждение выполнения своих обязательств. Возникает вопрос о том, что Казахстан вообще ее пройдет как государство. Потому что для EITI преследование ее членов, тем более некоммерческой организации, это некий вызов. И он очень сильно бьет как по имиджу государства, так и по экономическим перспективам и так далее.

Дальше появились разные выступления международных правозащитных организаций. Они продолжались 26, 27 и 28 января

26 января состоялось заседание консультативно-совещательного органа «Диалоговая площадка по человеческому измерению» при МИД РК. Она состоит более чем из 70 человек. В основном туда наполовину входят депутаты парламента, высокопоставленные представители ключевых госорганов. А наполовину — представители наиболее известных и сильных организаций гражданского общества. На этом заседании вопрос о преследовании нас был поднят. Выступили я, представитель минфина, посол Европейского союза в Казахстане и представитель американского посольства как наблюдатели. В конце вице-премьер —

министр иностранных дел Мухтар Тлеуберди подвел итог. Он сказал, что когда у нас слышащее государство приостанавливает деятельность НПО, это бьет по международному имиджу

Он надеется, что решения будут пересмотрены в рамках действующего законодательства и что органы госдоходов внимательно отнесутся.

Суд да дело

Представитель минфина сказал, что если мы что-то нарушили, то помимо управлений госхододов есть еще и департаменты, а дальше есть суд. И так далее. Поэтому мы думаем, что ситуация как-то разрешится и решения будут пересмотрены. Готовимся к разного рода юридическим сценариям и боям.

Очень важно отметить, что одна из организаций, которая еще в августе оказалась под прессингом, — «Кадір-қасиет» в Нур-Султане.

Она начала судиться значительно раньше нас. И в декабре выиграла суд. А 28 января выиграла и апелляцию

Мы пытались доказать и управлению госдоходов, и департаменту госдоходов, что срок привлечения к ответственности по предъявленному правонарушению должен быть два месяца. А два месяца давно истекли — нас привлекали по расхождениям 2018-2019 годов. Они нам на этот вопрос никак не ответили. Мы подали в суд. Но 1 февраля его проиграли. Будет апелляция.

— А что за расхождения все-таки были, если целая группа НПО попала под прессинг государства?

— Если коротко, к нам 4 претензии. Две касались финансовой поддержки управления Верховного комиссара ООН по делам беженцев в Казахстане. Мы более 10 лет являемся их официальными партнерами. В начале каждого года мы подписываем договор, они нам присылают деньги — всю сумму гранта.

Как положено, в течение 10 дней мы сообщаем налоговому органу о ее получении. Примечательно, что они нам присылают внушительную сумму, мы не всегда ее полностью расходуем. Поэтому в конце года остаток возвращаем. Отчитываемся о возврате остатка в начале следующего года, указав возвращенные деньги в виде дохода со знаком минус.

Налоговая инспекция сказала, что помимо этого мы должны были прислать ту первую форму, где мы указали полную сумму, отняв от нее эту сумму

Мы сказали «хорошо» и на следующий день прислали, как они нам указали. И таких нарушений два. Вот за них нам штраф и приостановление деятельности на три месяца.

Конспирологические страхи

— Оштрафованный в столице «Еркіндік Қанаты» попал в еще более «веселую» историю. Их грантодатель, Норвежский хельсинский комитет, по ошибке перечислил им деньги повторно. Они всю ошибочную сумму вернули через 3-4 дня. А орган госдоходов в Нур-Султане обвинил фонд в том, что они не уведомили об этой сумме. Штраф 240 тысяч. За деньги, перечисленные по ошибке норвежского бухгалтера.

— Этот поступательный прессинг государства в отношении НПО — зачем и почему?

— Я точно ответить не могу. Могу предполагать. Думаю, влияют несколько факторов. Во-первых, они находятся в плену конспирологических теорий. Искренне думают, что майдан организовал Сорос. Также они думают, что белорусы поднялись, потому что им кто-то заплатил. А Навальный из Германии как Ленин привез деньги, и за него вышли.

У них отравленность конспирологическими теориями такова, что они ищут черную кошку в темной комнате при полном там ее отсутствии

Они не понимают, что мы абсолютно прозрачны. Их конспирологические страхи недоказуемы.

Во-вторых, их перепугали события в соседних странах. В-третьих, это нелюбовь к независимым. Я их понимаю. Мы независимы, нас ничем невозможно придавить. Мы говорим то, что считаем нужным. И это попытка испугать, чтобы лишний раз не поднимали вопрос политических прав и гражданских свобод. Кого-то просто испугаются доноры и перестанут их финансировать на разные чувствительные темы.

— Сколько всего НПО столкнулись с подобным прессингом?

— Этого не знает никто. Проблема в том, что этих организаций 3 категории. Первая — 7 организаций, которые с нами вместе подписали заявление 30 ноября. Они все на виду. Вторая категория — около десятка организаций, которые мы знаем, но которые не хотят светиться по разным причинам. Они считают, что так они политизируют ситуацию вокруг себя. Третья группа — мы о них имеем только слухи. Они пытаются договориться. Так что думаю, речь идет о 20-25 организациях. Среди них и коммерческие. 

Теперь будем бороться и дальше.

© «365 Info», 2014–2021 info@365info.kz, +7 (727) 350-61-36
050013, Республика Казахстан г. Алматы, мкр. Керемет, дом 7, корпус 39, оф. 472
Заметили ошибку в тексте? Выделите ее и нажмите Ctrl+Enter