Нур-Султан
Сейчас
8
Завтра
10
USD
422
+0.82
EUR
497
-1.77
RUB
5.53
-0.07

Война по расписанию: перспективы противостояния Армении и Азербайджана

4554

Для азербайджанской стороны та война закончилась крайне неудачно. Она ее проиграла, потеряв не только собственно бывшую Нагорно-Карабахскую автономную область, но и еще семь районов самого Азербайджана. Правда, удалось удержать за собой некоторые территории на севере и востоке бывшего Нагорного Карабаха (в бывшем Шаумяновском районе). Но в целом поражение оказалось сокрушительным. Почти миллион азербайджанцев вынуждены были бежать из захваченных армянами территорий. С тех пор беженцы стали важным элементом внутриполитической жизни Азербайджана.

Почему Армения выиграла войну 1994 года?

Вопрос, почему все-таки именно армяне тогда выиграли войну, по-прежнему остается актуальным, особенно сегодня, когда снова возникла угроза ее повторения. При том, что у азербайджанцев теоретически в начале 1990-х годов было больше населения, им достались внушительные запасы советского оружия, как, впрочем, и армянам. То есть как минимум у них были равные возможности, у азербайджанцев, может быть, чуть выше. Почему же тогда последовало такое жестокое поражение?

Сегодня по этому вопросу в Сети идут весьма эмоциональные дискуссии. Среди многих аргументов сторон можно выделить мнение о том, что армяне были более мотивированы, чем азербайджанцы. Они сражались за территорию. В то время как для многих азербайджанцев это была далекая война на окраинах их страны. Кроме того, это было время бурного развития рыночных отношений в бывшем СССР и многие предпочитали заработки в соседней России.

В этой связи высказывались и весьма субъективные мнения, что армяне более склонны к военной профессии, чем азербайджанцы. Например, часто приводились примеры, что во времена Великой Отечественной войны Советского Союза сразу два маршала (Иван Баграмян и Азамасп Бабаджанян) и 12 генералов вышли из одного карабахского армянского села.

В принципе, наличие кадровых военных из состава бывшей Советской армии могло считаться тактическим преимуществом во время войны, которую ведут в основном милицейские (ополченческие) формирования. Например, можно вспомнить гражданскую войну Севера и Юга в США. Одной из причин, почему плохо вооруженные и более малочисленные южане смогли на начальном этапе войны одерживать победы над промышленно развитым, богатым и многочисленным Севером, был переход на их сторону большей части кадровых офицеров и генералов американской армии. В то время как армию северян возглавляли бывшие гражданские люди, например, адвокаты. Естественно, что опытные генералы и офицеры обеспечили первоначальное преимущество южной армии конфедератов.

Джин межнациональных противоречий

В этой связи интересно, что у азербайджанцев наиболее заметным военачальником периода той войны за Карабах, с именем которого связываются основные военные успехи азербайджанцев, был некий Сурет Гусейнов, работавший ранее директором фабрики по обработке шерсти в Гяндже.

Сурет Гусейнов

Сурет Гусейнов

Кроме того, немаловажно, что армяне были более сплоченными, в то время как в Азербайджане первая половина 1990-х годов была временем политического хаоса, полевых командиров и организованных ими переворотов. Тот же Сурет Гусейнов сверг президента Абульфаза Эльчибея и обеспечил приход к власти Гейдара Алиева.

Здесь стоит отметить, что сам Эльчибей пришел к власти на волне политической либерализации в Азербайджане. При этом он был интеллигентом националистического толка. Политики такого рода обычно крайне популярны в ситуации слома общественно-политических систем. Они пользуются народной поддержкой, широко используют популистские и националистические лозунги. В бывшем СССР кроме Эльчибея можно вспомнить еще Звиада Гамсахурдиа в Грузии, Мирчу Друка в Молдавии. Гамсахурдиа организовал поход на Абхазию, Друк — на Гагаузию. Очень показателен пример бывшей Югославии, где в Боснии лидерами соответственно сербов и боснийцев-мусульман стали поэт Радован Караджич, а также писатель и философ Алия Изетбегович.

Националистическая и популистская политика бывших литераторов фактически выпускает из бутылки джинна межнациональных противоречий. В частности, после распада СССР именно эти политики были ответственны за потерю Абхазии и Южной Осетии для Грузии, Приднестровья для Молдавии, Карабаха для Азербайджана. Они спровоцировали возникновение конфликтов, приведших в итоге к потерям территории.

Поэтому среди причин сокрушительного поражения азербайджанцев в войне двадцатилетней давности можно в первую очередь выделить слабость государственных институтов, которая была следствием политической либерализации во времена позднего СССР. В такой ситуации даже преимущество в технике и численности населения не могло помочь Азербайджану в столкновении со сплоченным, хорошо мотивированным противником.

Торг вокруг Карабаха

В этой ситуации в азербайджанском обществе возник острый запрос на эффективную государственную власть, в результате чего в октябре 1993 года к власти пришел Гейдар Алиев. Очевидно, что будучи реалистом он понимал невозможность вернуть уже потерянные территории военным путем. Поэтому он ограничился символическим наступлением и возвратом ряда небольших населенных пунктов, например города Горадиз, недалеко от границы с Ираном, и на этом фоне в мае 1994-го подписал соглашение о прекращении огня.

С тех пор для Азербайджана вопрос возврата потерянных территорий стал определяющим фактором его политики. Армянская сторона в целом расценивала занятые ею азербайджанские земли вне бывшей Нагорно-Карабахской автономной области в качестве средства для политического торга с Азербайджаном. Предметом торга могло быть признание независимости Нагорного Карабаха. Но с военной точки зрения захват азербайджанских районов вдоль границ с Ираном позволял сократить линию фронта на юге и тем самым обеспечить устойчивость военно-стратегического положения Карабаха.

До недавнего времени торг по карабахскому вопросу между Азербайджаном и Арменией продолжался без особого успеха. Стороны не могли прийти ни к какому согласованному мнению, что было вполне ожидаемо. Максимум, на что был готов Азербайджан, это широкая автономия для Карабаха, с чем не могли согласиться армяне. Собственно, это был тупик.

Рост военных бюджетов

В этой ситуации азербайджанцы весьма активно наращивали военный потенциал. С одной стороны, они могли рассчитывать в перспективе на создание подавляющего военного преимущества над армянами и затем на реванш. С другой стороны, военная мощь могла стать аргументом на продолжающихся переговорах.

Естественно, что у Азербайджана были значительные возможности для наращивания военной мощи. Вследствие роста цен на нефть в прежние годы бюджет Министерства обороны Азербайджана достигал 3 млрд долларов. На 2016 год вследствие девальвации маната и снижения цен на нефть он уже был меньше двух миллиардов. В то время как весь бюджет Армении около трех миллиардов долларов. На оборону Армения выделяет в год 400 с небольшим миллионов долларов. Правда, это без Карабаха, у него должен быть свой бюджет, но почти наверняка он напрямую зависит от Армении.

Обладая большими ресурсами, Азербайджан тратил весьма много на закупки современного вооружения и подготовку войск. Армения себе этого не могла позволить. Ереван и карабахские армяне делали ставку на созданную ими за 20 лет оборону, накопленные ранее запасы вооружения и высокую мотивацию населения. Милицейская система в Нагорном Карабахе позволяла поставить под ружье все мужское население, а это минимум 30 тыс. человек. Но ресурсов армянского Карабаха было недостаточно для контроля всей линии противостояния с Азербайджаном, которая протянулась на несколько сот километров с севера на юг.

Поэтому здесь постоянно проходило службу много выходцев из собственно Армении. Фактически у Армении и Карабаха была общая система обороны. Следовательно, в случае военного конфликта армяне после проведения мобилизации могли выставить весьма внушительные силы.

Ставка на Россию

Кроме этого, армяне делали ставку на Россию и Организацию Договора о коллективной безопасности (ОДКБ). Особенно интересная ситуация складывалась вокруг ОДКБ. Армения является членом этой организации, в то время как Азербайджан нет. При этом в уставе ОДКБ есть пункт, который предусматривает ее вмешательство в случае нападения на одну из стран – членов этой организации. Поэтому теоретически в случае атаки азербайджанской армии на Армению российские, белорусские, казахстанские, кыргызские и таджикские войска должны выступить в ее защиту.

bfda3716aa50ccc9e2d5db8f41cf026c

Но Карабах не является частью Армении, тем более это справедливо для оккупированных территорий собственно Азербайджана. Поэтому военные действия здесь не могут служить причиной применения соответствующего пункта устава ОДКБ. Кроме того, решение об использовании войск ОДКБ осуществляется на уровне глав государств, оно не может быть принято автоматически.

Наибольшее значение для Армении, без всякого сомнения, имеет поддержка России. Во многом поэтому Ереван считается наиболее надежным союзником Москвы на всем постсоветском пространстве. У России в Армении есть военная база, российские пограничники осуществляют охрану ее границ. В экономике российское присутствие весьма заметно. В конце концов, Армения в январе 2015 года вступила в Евразийский экономический союз. Ранее, в ноябре 2013 года, она отказалась от соглашения с Евросоюзом.

Независимые наблюдатели тогда говорили, что это стало следствием давления со стороны Москвы. Характерно, что в том же ноябре 2013 года от ассоциации с Евросоюзом столь же неожиданно отказался президент Украины Виктор Янукович, что привело к началу майдана в Киеве. При этом украинский премьер тех лет Николай Азаров говорил, что отказаться от ассоциации с Европой советовала Россия.

Никто точно не может утверждать, было давление со стороны Москвы или нет, но очевидно, что отказ от ассоциации Украины и Армении с Евросоюзом в ноябре 2013 года в целом отвечал российским интересам. Таким образом Россия отстаивала свои интересы в ближнем зарубежье. В случае же с Арменией вопрос о ее вступлении в ЕАЭС имел значение с точки зрения дальнейшего сближения с Россией и обеспечения безопасности Армении, которая напрямую зависела от Москвы, поэтому армяне без особых вопросов отказались от Евросоюза.

Продажа оружия Россией

Кроме того, армяне не могли не учитывать, что к 2013 году у России уже были внушительные контракты на продажу современного оружия Азербайджану на 4 млрд долларов. Причем Москва поставляла Баку именно наступательное вооружение. Это реактивные системы залпового огня, артиллерия, тяжелые огнеметы «Солнцепек», новейшие танки Т-90. Очевидно, что все это оружие предназначалось для ударов по долговременным оборонительным сооружениям и прорыву укрепленной линии фронта. А такие сооружения были только на линии противостояния Карабаха с Азербайджаном.

Естественно, армянам не нравилось, что противник получает от их стратегического союзника наступательное оружие, которое может быть применено против них. Наверняка они доносили свое беспокойство до Москвы. Трудно сказать, что отвечали на это в Москве, если вообще у них была такая необходимость. Но скорее всего, российские власти должны были как-то аргументировать Еревану свое решение. Хотя понятно, что сделать это было крайне непросто. Все-таки ситуация действительно достаточно странная.

Возможно, в России утверждали, что поставки наступательного оружия Азербайджану не представляют угрозы Армении. Например, один из аргументов мог быть связан с тем, что Москва – один из основных участников переговоров по карабахскому конфликту. Кроме того, продажа оружия Азербайджану могла быть представлена как часть политики сближения Баку и Москвы. Вследствие чего российские власти приобретали влияние на азербайджанские, следовательно, теоретически могли удержать их от ударов по Карабаху.

Ну и наконец беспокойство армян и их упреки в нарушении баланса сил противоборствующих сторон вокруг Карабаха Москва компенсировала параллельными поставками оружия Еревану. Например, в 2013 году армяне, как и азербайджанцы, получали от России оружие. В 2015-м Москва предоставила Армении кредит в 200 млн долларов на покупку вооружений, включая те же тяжелые огнеметные системы «Солнцепек», которые ранее были проданы Азербайджану. Но разница была в объемах и качестве. Азербайджан покупал самое современное оружие и в больших количествах.

В связи с этим, кстати, в армянском сегменте Интернета высказывался еще один аргумент, что Россия продает оружие азербайджанцам по коммерческой цене, в то время как Армении, напротив, по внутренним российским ценам согласно правилам ОДКБ. Поэтому баланс якобы не нарушается, потому что Азербайджан платит больше за единицу техники. Но в любом случае Еревану оставалось только надеяться на гарантии России, ну и конечно на силу армии, ополчения и созданную за 20 лет линию обороны на границах с Азербайджаном.

Изменение геополитической ситуации

В таком состоянии стороны подошли к весне 2016 года. К этому моменту казалось, что опасения Еревана были напрасны. Цены на нефть сильно упали, соответственно, сократились возможности Азербайджана покупать оружие. При этом

даже после усиленного вооружения азербайджанской армии в предшествующие годы она все равно не обладала подавляющим превосходством

над армянскими вооруженными силами. Кроме того, Ереван ожидал в 2016 году поставок российского вооружения по предоставленной ему кредитной линии в 200 млн. долларов, что должно было в определенной степени выровнять возможности сторон. По крайней мере, не было ничего такого, что говорило бы о возможности начала масштабных военных действий.

Весна 2016-го ничем не отличалась от всех прочих времен года за прошедшие двадцать с лишним лет с момента подписания перемирия. Однако имели место важные события, многие из которых происходили совсем недалеко от зоны карабахского конфликта. Это сложности в отношениях между Россией и Западом из-за Украины и Сирии, между Россией и Турцией из-за сбитого самолета и разного понимания политики в Сирии, а также между Западом и Ираном в связи с подписанием мирного договора по иранской ядерной программе. Большой вопрос – как все это сказалось на мотивации противостоящих сторон, в первую очередь Азербайджана, к активизации боевых действий.

Здесь стоит отметить, что подписание договора по иранской ядерной программе в 2015 году убрало с повестки дня вероятность начала войны против Ирана. Такая возможность рассматривалась как минимум Израилем и очень вероятно, что и многими другими заинтересованными сторонами в том случае, если бы Иран пошел на создание ядерного оружия. Для Армении это было бы крайне нежелательное развитие событий, потому что если бы Иран вдруг потерпел поражение, то линия обороны Карабаха, которая с юга опирается на иранскую границу, стала бы весьма неустойчивой.

В то же время внезапно возникший острый конфликт между Россией и Турцией из-за сбитого российского бомбардировщика повысил градус напряженности не только в отношениях между двумя странами, но в том числе и на Южном Кавказе. Особенно с учетом того, что Азербайджан традиционно ориентируется на Турцию, а турецкие советники помогают обучать азербайджанскую армию.

Турецкий контекст

Казалось бы, какое отношение имеет Азербайджан к российско-турецким отношениям? У Баку с Москвой своя система взаимодействия. И если бы Россия с Турцией вдруг перешли черту, самым лучшим выходом для любой небольшой страны было бы остаться в стороне от такого конфликта. Это справедливо и для Азербайджана.

Но в то же время азербайджанцы наверняка все последние годы ожидают подходящего момента для того, чтобы испытать в действии свои новые военные возможности. Они двадцать лет готовят армию к реваншу, но не могут не отдавать себе отчет во всех рисках. Самый главный связан даже не с угрозой нового поражения, а с тем, что удар по Карабаху поставит в сложное положение власти России. И не только потому, что будет осуществлен российским оружием, но и потому, что неизбежно будет рассматриваться Москвой в контексте ее отношений с турками.

Скорее всего, в Баку долго взвешивали все за и против. Они понимали, что после удара по Карабаху их отношения с Москвой наверняка ухудшатся. Не могли они не понимать, что если война в Карабахе затянется, то это может привести к риску вовлечения в конфликт Турции. Например, это могло бы случиться, если бы конфликт вдруг распространился на Нахичеванскую область Азербайджана, которая находится между Турцией и Арменией. А это уже вызвало бы реакцию со стороны Москвы. Например, Россия могла бы поставить Армении оружие или передать ей вооружение с российской военной базы в Армении.

Надежда на блицкриг

Поэтому, если азербайджанцы все-таки решились проверить карабахскую оборону на прочность, они должны были рассчитывать или на блицкриг, или на кратковременный вооруженный конфликт. Блицкриг в отношении Карабаха был невозможен хотя бы по причине горного характера местности и наличия долговременных линий обороны, даже безотносительно фактора стойкости обороняющихся войск. Следовательно, цель любой вероятной операции заключалась в ведении кратковременных военных действий с максимальной демонстрацией возможностей азербайджанской армии. Можно предположить, что боевые действия должны были вестись до того момента, когда Москва предложит свои посреднические услуги.

Возможно, что начало апреля 2016 года показалось Азербайджану очень удобным временем для пробы пера. С одной стороны, Россия только что вывела основной контингент из Сирии и явно стремится завершить свой конфликт с Западом. С другой – Армения еще не получила оружие из российского кредита в 200 млн долларов.

война в Нагорном Карабахе, апрель 2016

война в Нагорном Карабахе, апрель 2016

Но на всякий случай в Баку решили подстраховаться. Характерно, что когда начались военные действия, азербайджанский президент Ильхам Алиев в начале апреля был в Вашингтоне на антиядерном саммите. Следовательно, он всегда мог сказать, что произошла эскалация обычной перестрелки на границе, решение о начале конфликта принимали военные в качестве реакции на действия армянских сил.

Большой вопрос, кто из партнеров Азербайджана был в курсе готовящихся событий. Наверняка об этом не знали в России, но скорее всего, были осведомлены в Турции, хотя бы потому, что в азербайджанской армии есть турецкие военные советники. К тому же Анкара сразу же после начала конфликта публично поддержала Баку.

Турки увидели в этом возможность создать проблемы для России. Это для них имело даже большее значение, чем проблемы для Армении

На Москву наверняка все это произвело крайне негативное впечатление в связи с крайне неважными отношениями с Анкарой. Кроме того, в контексте конфликта России и Запада и тесно связанной с этим конспирологии нахождение азербайджанского президента в момент начала боевых действий в США могло привести российские власти к определенным выводам.

На военной тропе

Военные действия начались в ночь с 1 на 2 апреля. Азербайджанцы были наступающей стороной. Они атаковали армянские позиции на севере и юге и заняли некоторые из них. Потом армянские войска провели серию контратак и вернули часть позиций, но что-то осталось под контролем азербайджанцев. Параллельно велась информационная война. Стороны публиковали явно завышенные данные о потерях друг друга. Азербайджанцы заявляли о том, что добились значительных результатов. Армяне говорили о том, что их противник, напротив, не смог ничего достичь и понес при этом большие потери.

На первый взгляд, достигнутые азербайджанцами успехи действительно были весьма скромными. Несмотря на задействованные ими весьма мощные силы, было достигнуто не так уж много: уничтожено два десятка танков, от пятидесяти до ста солдат противника, заняты несколько возвышенностей. При этом потеряны минимум один ударный вертолет Ми-24, несколько танков, от сорока до ста солдат. Кроме того,

было истрачено большое количество дорогостоящих боеприпасов, в частности управляемого оружия,

запасы которых в современных армиях обычно весьма ограничены.

война в Нагорном Карабахе, апрель 2016

Но если посмотреть на ситуацию с другой стороны, то азербайджанцы в некотором смысле добились определенных результатов. Они продемонстрировали свой военный потенциал, смогли застать противника врасплох, нанести ему некоторый урон и занять господствующие высоты. Собственно,

главный результат апрельской войны связан с тем, что Азербайджан показал и своему противнику, и самому себе, что у него есть армия

Причем армия эта уже имеет организационное и техническое преимущество над карабахской милицией.

Потери Армении

Понятно, что карабахские ополченцы весьма мотивированы, и какими бы ни были азербайджанские солдаты, но организованные в военную структуру, они представляют собой серьезную силу, заметно превосходящую милицейские формирования Азербайджана начала 1990-х годов.

Именно это заставляет армянскую сторону нервничать. Поэтому уже после завершения конфликта в Ереване были отмечены выступления с лозунгами против того, что Россия продавала Азербайджану наступательное оружие.

Для армянской стороны потери в апрельской войне были довольно большими. Причем речь идет не столько о потерях в людях, которые всегда для любого народа болезненны, сколько о потерях в технике. Старые танки, еще советского производства, расположенные на укреп­ленных позициях и предназначенные для использования в качестве подвижных огневых точек, оказались уязвимыми перед израильскими противотанковыми ракетами «Спайк» и огнем российской артиллерии и танков Т-90. Например, произведенный в России самоходный артиллерийский комплекс «Мста-С» способен стрелять управляемыми ракетами «Краснополь» на расстояние до 20 км. В России же Азербайджан купил противотанковый комплекс «Хризантема», весьма эффективный против танков.

Подготовленные за 20 лет оборонительные позиции могут не выдержать серьезного концентрированного удара азербайджанских артиллерии и реактивных систем залпового огня. Первые линии карабахских окопов были захвачены азербайджанцами сравнительно быстро в первый же день. Армянам пришлось контратаковать. В этой ситуации главная проблема была в том, что азербайджанская армия могла наносить удары в глубине армянских позиций. И это имело отношение не только к прилегающим к линии фронта тыловым районам, но и вполне отдаленным территориям. Так, известно, что ударные израильские беспилотники «Хароп» подорвали автобус с добровольцами из Армении, они же атаковали штаб армянского подразделения.

Перспективы войны

Очевидно, что радикального изменения военной обстановки не произошло. Азербайджан по-прежнему не в состоянии организовать блицкриг

Это потребует долгой войны с непредсказуемым результатом. Скорее всего, в Баку понимают предел своих возможностей. Но вероятно, что такой задачи перед азербайджанцами и не стояло. Они продемонстрировали, что могут вести наступательные операции. Соответственно, это должно заставить армян беспокоиться.

Потому что в распоряжении азербайджанской армии весьма значительная линия противостояния. Они могут выбрать любой участок фронта, возможно, что и несколько, затем сконцентрировать там вой­ска и тем самым держать армян в постоянном напряжении. В этот раз они атаковали с двух направлений, на севере и юге. В этой ситуации армяне – обороняющаяся сторона. Они не знают, откуда последует следующий удар.

Поэтому им потребуется усиливать свое присутствие на линии армяно-азербайджанского противостояния, формировать дополнительные резервы высокой степени готовности, приобретать новую технику. Карабахская милиционная система уже не может быть гарантией безопасности, не может долго выстоять против хорошо обученной регулярной армии, насыщенной современной артиллерией и, что немаловажно, системой управления огнем. Характерно, что в одном комментарии военного специалиста указывалось, что азербайджанцы захватили и на юге и на севере господствующие высоты.

Возможно, что Азербайджан стремится сделать слишком дорогим и затратным для Армении защиту Карабаха и вынудить ее к переговорам. Например, по вопросу о занятых им азербайджанских территориях. Так что маленькая апрельская война хотя и не стала для Азербайджана победоносной, но изменила ситуацию на фронте.

Статья любезно предоставлена журналом «Центр Азии»

© «365 Info», 2014–2020 info@365info.kz, +7 (727) 350-61-36
050013, Республика Казахстан г. Алматы, мкр. Керемет, дом 7, корпус 39, оф. 472
Заметили ошибку в тексте? Выделите ее и нажмите Ctrl+Enter