CPC Blend дороже Brent: эксперты объяснили, что стоит за ценовой премией

Мировые цены на нефть пошли вниз, однако казахстанская нефть по-прежнему торгуется выше эталонного сорта Brent. Почему CPC Blend сохраняет ценовое преимущество, приносит ли это дополнительные доходы Казахстану и надолго ли сохранится такая ситуация, Tengrinews.kz обсудил с экспертами нефтяного рынка.

Фото: Tengrinews.kz

За последний год Brent колебалась: в декабре — 60–65 долларов за баррель, в январе — около 70, в марте — рост до 110, в мае — годовой максимум 115–118 долларов. В июне–июле нефть подешевела до 75–80 долларов, осенью котировки вновь выросли, почти вернувшись к весенним пикам.

CPC Blend также демонстрировала волатильность: до февраля 2026 года торговалась по 65–75 долларов за баррель, в марте выросла с 70 до 120–125 долларов, в апреле превысила 135 долларов и удерживалась в диапазоне 110–130 долларов до конца мая. К концу июня — началу июля цены опустились до 75–80 долларов, а в сентябре–октябре вернулись к 130 долларам. После октябрьского пика в начале ноября цены упали до 116 долларов за баррель, что всё равно выше 65–75 долларов, с которых начинался год.

Сейчас, по данным Oilprice, баррель CPC Blend стоит 116 долларов, Brent — 109 долларов. Эксперты отрасли объяснили, почему сложилась такая ситуация и какую выгоду извлекает Казахстан.

Фото: Tengrinews.kz

Казахстан не защищён от падения мировых цен. Наша нефть может выглядеть дороже Brent, но это не означает, что страна получает всю разницу в виде дополнительных денег.

Эксперт в нефтегазовой отрасли Муратбек Маханов объяснил, что двигатель цен сейчас — ожидание мира на Ближнем Востоке. Как только появляется угроза перекрытия поставок, покупатели готовы переплачивать, но при малейшем намёке на переговоры (в данном случае — деэскалации вокруг Ирана) «надбавка за страх» мгновенно исчезает. Именно ожидания деэскалации вокруг Ирана стали одной из основных причин последнего падения: утром 10 ноября Brent торговалась примерно по 92 доллара против октябрьского пика около 118 долларов. Одновременно в октябре выросла добыча ОПЕК. Второй фактор — сама дорогая нефть сокращает спрос. Международное энергетическое агентство ожидает снижения мирового потребления нефти в 2026 году на 2,6 миллиона баррелей в сутки. В итоге на цены давят два фактора: нефти на рынке может стать больше, а спрос на неё — снизиться. Но даже после падения с пиковых значений нефть пока нельзя назвать дешёвой.

По словам эксперта, CPC Blend тоже дешевеет, но цены на разные сорта обновляются не одновременно, поэтому на графике можно сравнивать сегодняшнюю цену Brent с более ранней котировкой казахстанской нефти. Преимущества у CPC Blend действительно есть:

Фото: Tengrinews.kz

• Маршрут поставки. Казахстанская нефть идёт через Каспийский трубопроводный консорциум (КТК) к Чёрному морю, а оттуда — к покупателям, в том числе в Средиземноморье. Ей не нужно проходить через Ормузский пролив. Когда поставки с Ближнего Востока сталкиваются с проблемами, такой маршрут становится особенно привлекательным. Правда, у самого КТК и черноморского судоходства тоже есть свои риски.
• Качество нефти. CPC Blend относится к лёгким сортам, из которых выгодно производить бензин, дизель и другие светлые нефтепродукты. Это делает её привлекательной для покупателей. Но есть нюанс: такой нефть была и раньше, поэтому одним только качеством нынешний разрыв в ценах не объяснить.

Важно сравнивать сопоставимые цены. Многие путают условия: берут реальную физическую нефть CPC Blend уже с доставкой до покупателя и сравнивают её с обычным биржевым фьючерсом Brent. Но в доставку заложены фрахт танкера и страховка, из-за чего итоговый ценник нашей нефти выглядит значительно выше.

«Разницу между двумя цифрами нельзя автоматически считать нашей прибылью. Это как сравнивать стоимость зерна на элеваторе и зерна, уже доставленного в другую страну. Последнее дороже, но часть денег заработал перевозчик, а часть ушла на расходы», — подчеркнул Муратбек Маханов.

По мнению эксперта, преимущество CPC Blend по качеству сохранится, а вот дополнительная наценка за доступность поставок может оказаться временной. Она начнёт сокращаться, если восстановятся поставки с Ближнего Востока, подешевеют танкеры и страховка, у европейских заводов появится больше альтернатив. Также на цену повлияют снижение спроса и возможные перебои с экспортом через КТК. При этом удешевление нефти с доставкой не обязательно означает такое же снижение доходов производителей: вместе с ценой могут упасть и расходы на перевозку.

Фото: Tengrinews.kz

Всемирный банк в базовом сценарии ожидает постепенного снижения нефтяных цен по мере восстановления предложения, но подчёркивает: запасы истощены, поэтому новое обострение способно вновь резко поднять цены. Это условный прогноз, а не гарантированная траектория.

Финансист и эксперт QazExpertClub Венера Жаналина объяснила, что для Казахстана важно не только то, сколько стоит нефть на мировом рынке, но и по какой цене мы в итоге её продаём, сколько экспортируем и сколько тратим на доставку. Если казахстанская нефть продаётся дороже, страна получает больше экспортной выручки и валюты. При сохранении объёмов поставок это может увеличить доходы государства.

Сама по себе высокая цена ещё не гарантирует рост доходов, пояснил Муратбек Маханов. За январь–сентябрь добыча нефти в стране составила 69,4 миллиона тонн — это на 8,3 процента меньше, чем годом ранее. То есть цена выросла, а общая выручка упала. А если при этом ещё и подорожала доставка, итоговый результат становится ещё хуже.

Фото: Tengrinews.kz

«Моя оценка: востребованность казахстанской нефти смягчает удар, но длительное падение мировых цен для нас как экспортёра, скорее, минус. Чтобы доказать, что от нынешней ситуации страна в целом выиграла, нужно сравнить фактическую экспортную выручку, расходы и государственные поступления за одинаковые периоды. Одной высокой котировки CPC Blend для такого вывода недостаточно», — заключил эксперт.

Деньги, которые получают нефтяные компании от продажи нефти, и поступления в бюджет и Национальный фонд — не одно и то же. Государство получает доходы от нефти несколькими способами, рассказала эксперт:

• Первый — налоги и другие обязательные платежи нефтяных компаний. Часть этих денег поступает в Национальный фонд. Но рост цен на нефть не означает, что поступления в Нацфонд автоматически вырастут на столько же. Всё зависит не только от цены продажи, но и от прибыли компаний, расходов на добычу и транспортировку, а также условий контрактов.
• Второй источник дохода — участие государства в нефтяном бизнесе. Например, почти 97 процентов акций «КазМунайГаза» (КМГ) принадлежат государственным структурам. Если компания больше зарабатывает на продаже нефти, растёт и потенциальный доход государства как акционера — в частности, за счёт дивидендов. Например, по итогам 2025 года акционеры КМГ утвердили дивиденды на 350 миллиардов тенге. Однако вся экспортная выручка компании не идёт в бюджет: государство получает только свою долю прибыли.

По словам Венеры Жаналиной, более высокая фактическая цена реализации казахстанской нефти относительно сопоставимых сортов может быть преимуществом для экспортёров и положительно влиять на доходы Казахстана. Однако величину этого преимущества нельзя определить только на основании разницы между опубликованными котировками CPC Blend и Brent. При этом необходимо учитывать общую динамику мировых нефтяных цен. Даже если казахстанская нефть сохраняет ценовое преимущество относительно Brent, снижение её фактической цены реализации может приводить к сокращению экспортной выручки и нефтяных поступлений государства. Следовательно, ценовое преимущество CPC Blend способно частично смягчать последствия падения мировых цен, но не гарантирует сохранения экспортных доходов на прежнем уровне.

По словам Муратбека Маханова, картина выглядит следующим образом:

• Нефтедобытчики: в плюсе, только если итоговая цена продажи (за вычетом всех расходов) остаётся высокой, а экспорт идёт без сбоев.
• Бюджет и Нацфонд: зарабатывают больше, когда нефтяной сектор показывает высокие результаты. Но если цены или объёмы падают, казна теряет доходы.
• Перевозчики и страховщики: зарабатывают больше на дорогой доставке, но вместе с этим растут их собственные расходы и риски.
• Покупатели и НПЗ: плюс при снижении цен на сырьё, хотя их финальная выгода зависит от стоимости готового топлива.
• Обычные люди и несырьевой бизнес: могут «выиграть» от удешевления перевозок, но этот эффект способен «съесть» курс тенге и другие затраты. Поскольку если нефть на мировых рынках дешевеет, бензин, дизель и авиатопливо тоже должны становиться доступнее, так как расходы на транспортировку заложены в цену абсолютно любого товара.

Читайте также: Из Нацфонда выделяют 6,5 триллиона тенге: что будет с курсом доллара