Казахстанская нефть CPC Blend впервые дороже Brent: причины и выгода

Казахстанская нефть CPC Blend, которая исторически торговалась дешевле мирового эталона Brent, сейчас стоит заметно дороже. По данным Oilprice, баррель CPC Blend оценивается в 128 долларов, тогда как Brent – в 109,86 доллара. Таким образом, казахстанская нефть примерно на 16,5 процента дороже эталонной марки.

Фото: depositphotos.com

Перелом произошёл в сентябре 2026 года. Тогда цена CPC Blend поднялась выше 120 долларов за баррель, а Brent стоила около 105-109 долларов. В конце сентября и в октябре разрыв стал ещё заметнее – в отдельные дни казахстанская нефть продавалась дороже Brent на 15-20 долларов за баррель и даже больше.

Эксперт-аналитик нефтегазовой отрасли Аскар Исмаилов выделил два ключевых фактора, которые пока «перевернули» рынок. Военные действия и угроза сбоев в Ормузском проливе разрушили привычные логистические цепочки. Сейчас европейские НПЗ экстренно ищут замену ближневосточной нефти, чтобы не останавливать заводы, объяснил Исмаилов.

«Казахстанская CPC Blend поставляется через систему Каспийского трубопроводного консорциума и далее транспортируется танкерами из Чёрного моря в Средиземноморье. Этот маршрут позволяет избежать Ормузского пролива, хотя сам по себе также подвержен транспортным и геополитическим рискам (..) Но в этих условиях каспийская нефть приобретает дополнительную ценность».

Фото: depositphotos.com

Директор общественного фонда Energy Monitor Нурлан Жумагулов также отметил, что из-за регулярных атак йеменских хуситов на саудовские танкеры в Красном море объёмы поставок нефти в Европу заметно сократились.

«Евросоюз практически отказался от российской нефти, а Казахстан стал вторым по величине поставщиком нефти на европейский рынок. Поэтому европейские покупатели готовы платить за казахстанскую нефть больше, в том числе с премией к мировым ценам».

Сравнивать две цены лоб в лоб – CPC Blend и Brent – методологически не совсем корректно, пояснил Аскар Исмаилов. Суть в том, что они включают разные расходы. CPC Blend – это физическая нефть с доставкой (CIF). В эту стоимость уже заложены расходы на морской фрахт танкера, страховку груза и прочие логистические издержки до порта назначения.

Фото: depositphotos.com

Нурлан Жумагулов объяснил так: это цена «живой» нефти, которую продают с моментальной отгрузкой. Она рассчитывается на условиях CIF (доставка в итальянские порты Аугуста или Триест), поэтому в неё уже заложены расходы на фрахт судна и страховку груза. В итоге казахстанская нефть марки CPC Blend продаётся дороже эталонной маркерной марки Dated Brent. Brent – это биржевой фьючерс, стоимость которого отображает чистую цену контракта на бумажном рынке без учёта фактической транспортировки конкретной партии.

Рекордная премия CPC Blend над Brent объясняется не только повышенным спросом на безопасное сырье, но и взлетевшими затратами на логистику и страховку в регионе, продолжил Аскар Исмаилов.

«Поэтому разницу, например, в 22 доллара нельзя считать чистой премией казахстанской нефти к Brent. Для правильного сравнения необходимо привести обе цены к равным условиям поставки, датам и периодам ценообразования», – пояснил он.

Фото: depositphotos.com

Помимо этого, сам фрахт танкеров и страховка грузов подорожали из-за военных рисков. К этому добавляются заторы в турецких проливах и ограничения на судоходство. Все эти наценки увеличивают итоговую цену нефти для покупателя. Но это не означает, что вся эта разница достаётся Казахстану. Большая часть денег уходит на покрытие возросших расходов на доставку. Впрочем, реальная надбавка к цене тоже есть: казахстанскую нефть сейчас активно покупают, потому что она доступна на рынке.

Аскар Исмаилов считает, что рост мировой цены на нефть – это плюс для страны, но цифра «на бумаге» не равна реальной прибыли. Если на бирже нефть Brent стоит, условно, 100 долларов, а казахская нефть продаётся дороже на 22 доллара – да, это выглядит как триумф. Однако нефть нужно сначала доставить до покупателя. Поэтому из «красивой» конечной цены нужно вычесть стоимость транспортировки (логистика сейчас дорогая и сложная – мы об этом говорили выше), страховку, скидки, комиссионные и другие расходы. В итоге говорить о том, что казахстанская нефть стала объективно дороже Brent на 22 доллара за баррель неправильно, заявил эксперт.

Настоящая выгода – это только то, что остаётся в сухом остатке. Но для бюджета Казахстана рост цен в любом случае в плюс – растёт валютная выручка.

Фото: depositphotos.com

Нурлан Жумагулов объяснил, что высокие цены на нефть могут негативно повлиять на некрупные казахстанские добывающие компании из-за особенностей налогообложения. Дело в том, что в Казахстане действует экспортная таможенная пошлина (ЭТП). Чем выше мировая цена нефти, тем выше процент пошлины (при цене выше 105 долларов за баррель ставка растёт по прогрессивной шкале). В таком случае в плюсе крупные международные гиганты-операторы (Кашаган – NCOC, Тенгиз – ТШО), отправляющие нефть через КТК. По соглашениям они либо вообще не платят ЭТП, либо платят с оговорками. При этом гиганты продают нефть по высоким мировым ценам и получают прибыль, объяснил Жумагулов.

«Малые и средние компании по таким ценам не продают, но приходится оплачивать ЭТП по высоким ставкам. Это хорошо для бюджета страны, но не для малых нефтяников», – рассказал эксперт.

Проблемы с Ормузским проливом, о котором говорят эксперты, – это глобальный нефтяной шок, который длится больше полугода. 28 февраля 2026 года США и Израиль начали наносить масштабные авиаудары по иранской территории. В США эта операция получила название Epic Fury («Эпическая ярость»), в Израиле – Roaring Lion («Рычащий лев»). В тот же день Иран начал ответную атаку на Израиль и американские базы в Бахрейне, ОАЭ, Катаре и Кувейте. Локальный геополитический кризис на Ближнем Востоке перерос в полномасштабную войну, которая продолжается до сих пор.

Также в ответ на авиаудары Иран полностью перекрыл Ормузский пролив – ключевую мировую артерию, через которую проходило около 20 процентов всех поставок нефти (порядка 20 миллионов баррелей в сутки). Это спровоцировало крупнейший в истории шок предложения сырья. Мировые поставки одномоментно упали на 10-14 миллионов баррелей в сутки. В марте ценник на нефть уже превысил 100 долларов, а в апреле на фоне введения полной морской блокады портов Ирана со стороны США нефть марки Brent взлетела до 130 долларов за баррель. Вместе с тем цены сильно реагировали на информацию о возможных переговорах, их срывах и другие факторы. Поэтому то падали, то снова взлетали.

Государства столкнулись с перебоями в мировой логистике энергоресурсов. Параллельно предпринимались попытки стабилизировать рынок. Цены временно снизились после решения стран Международного энергетического агентства высвободить около 400 миллионов баррелей нефти из стратегических резервов. Дополнительным фактором стало подписание меморандума о взаимопонимании между США и Ираном 17 июня. На фоне этих новостей в начале июля цена фьючерсов на Brent ненадолго опускалась до 70 долларов за баррель. В целом всё это вместе было попытками охладить перегретый рынок нефти и временно сбить цены.

Однако хрупкое перемирие было сорвано, и с 7 июля эскалация возобновилась. К концу августа – началу сентября из-за новых ударов по танкерам и энергетической инфраструктуре Саудовской Аравии поток нефти через Ормузский пролив упал до критических показателей – около 2 миллионов баррелей в сутки, что привело к новому скачку цен. 26 сентября Иран назвал возможный срок открытия Ормузского пролива. А 12 октября стало известно, что Корпус стражей Исламской революции Ирана поразил очередной супертанкер, проходящий через Ормузский пролив, без согласования с Тегераном. 16 октября стоимость нефти Brent впервые с мая превысила 110 долларов за баррель.