18+
Нур-Султан
Сейчас
3
Завтра
2
USD
389.81
+0.22
EUR
430.27
+1.21
RUB
6.06
+0.01

Налоговики готовят предпринимателям «сюрприз» — решили присвоить себе функции суда

21780

Фискалы намереваются расширить свои полномочия: дать себе право аннулировать электронные счета-фактуры.

фото с сайта theopenasia.net

Идею инициировал Комитет госдоходов — и она встретила критику и сопротивление общества.

Председатель правления Казахстанской ассоциации налоговых консультантов Сакен Карин состоит в рабочей группе по рассмотрению очередных поправок в Налоговый кодекс. На своей странице в Facebook он напомнил, как 2 года назад налоговики пытались примерить на себя судейские мантии, чтобы самостоятельно признавать сделки фиктивными для налоговых целей.

«Тогда, на мое удивление, эту норму не пропустили именно депутаты парламента, — пишет в своей публикации Карин. — В настоящее время я являюсь членом совместной рабочей группы Комитета госдоходов Министерства Финансов РК и АНК №9 «Налоговое администрирование сделок с неблагонадежными налогоплательщиками». И вот

опять Комитет госдоходов в очередной раз хочет присвоить функции суда!

Но на этот раз к вопросу получения дополнительных беспрецедентных полномочий там подошли более творчески.

Что же конкретно они предлагают? А

предлагают они наделить себя правом производить аннулирование электронных счет-фактур путем вынесения решения

И какое же основание для аннулирования? Основание лишь одно: если финансово-хозяйственная операция, по которой была выписана счет-фактура, покажется КГД сомнительной».

Возврат к лжебизнесу

Этой новости действительно не поаплодируешь, так как последствия принятия такой нормы будут непредсказуемыми. Сакен Карин более расширенно прокомментировал медиапорталу 365info, как изменится Казахстан в случае успеха налоговиков.

Сакен Карин

— Аннулирование электронных счетов-фактур без суда. Это значит, что какой-то налоговик сидит у себя в кабинете в плохом настроении, и ему что-то показалось, и он берет и аннулирует сделку. Коррупциогенная же норма, согласитесь?

— Данная история берет начало из того времени, когда в Уголовном кодексе существовала статья «Лжепредпринимательство». Если говорить обыденным языком, именно эта норма была причиной бед добросовестных налогоплательщиков — покупателей товаров, работ и услуг. Каким образом, спросите вы? Например, компания приобрела товар или услугу у другой компании. При этом все необходимые документы были надлежащим образом оформлены, а поставщик состоял на учете у налоговых органов. Все в рамках закона.

Однако впоследствии в суде выяснялось, что некоторым покупателям этот поставщик выписывал фиктивные документы, обналичивал деньги. По этой причине суд признавал его «лжепредпредприятием».

А всем другим добросовестным налогоплательщикам-покупателям, которые реально покупали товар или услугу, налоговый орган выставлял уведомления о корректировке налогов

На тот момент такая процедура основывалась на нормах закона. И так как такой поставщик зачастую имел тысячи контрагентов, ущерб интересам бизнеса был колоссальный.

Новое — хорошо забытое старое

— Эту статью из Уголовного кодекса исключили, не так ли?

— Да, потому что

предприниматели стали возмущаться, а инвестиционный климат ухудшаться

Соответственно ситуация стала налаживаться.

Суды по искам налоговых органов о признании сделки недействительной стали внимательно рассматривать каждую сделку отдельно, а также изучали всю ее «историю» и «суть». Интересы бизнеса были защищены, но из арсенала налоговиков был утрачен один из действенных методов по сбору налогов.

Далее, в целях улучшения налогового администрирования была внедрена система электронных счетов-фактур (ЭСФ). После ее внедрения вся информация по операциям между хозяйствующими субъектами оказалась в распоряжении налоговиков.

Теперь они поставили перед собой новую задачу: вернуть прежний метод борьбы с обналичиванием денежных средств

И в этих целях предложили на рассмотрение и обсуждение поправки в Налоговый кодекс. Они позволят им уже в ходе камерального контроля проверять сделки на «фиктивность», не дожидаясь налоговой проверки и решения суда. А именно: предлагают наделить их полномочиями по аннулированию «сомнительных» электронных счетов-фактур.

Сам себе судья

— И что, они смогут сами, сидя в кабинете, принять такое решение?

— Именно! Но пока это делается в рамках налоговой проверки. Хотя практика тоже порочная. Так как для исключения сумм расходов из вычетов, а суммы НДС из зачета недостаточно просто сомневаться и строить догадки. Нужно это все обосновать с позиции бухгалтерского и налогового учета и четких требований Налогового кодекса.

Я сам участвовал в судах и сталкиваюсь с подобными ситуациями. Логика у фискалов следующая: они убирают налогоплательщику НДС из зачета, объясняя это тем, что налогоплательщику оказывались услуги каким-то ИП, у которого нет работников, а объем выполненной работы рассчитан не на одного, а на 10 человек. Но ведь это ИП могло привлечь работников не на трудовой основе, а на договорной. То есть для выполнения конкретного объема работ. И это налоговиками до суда не проверяется.

Или вот еще момент. У этого ИП на балансе нет активов. Но ведь предприятие может их арендовать. И из таких субъективных выводов «нам кажется» сделку признают фиктивной.

Есть большое «но». Гражданский кодекс говорит, что фиктивной сделку можно признать только по решению суда

Именно суд устанавливает все обстоятельства, вызывает стороны сделки, изучает и оценивает доказательства и по их совокупности принимает решение. А сейчас налоговики хотят обсуждаемыми поправками фактически присвоить себе функции суда. Это разве нормально, сидя в кабинете и не проводя документальной проверки, сделать вывод, что сделка была сомнительной, и аннулировать ее в базе?

Если норма все-таки пройдет, в будущем можно будет брать любую компанию и аннулировать ее сделки. Тому, кто выписал счет-фактуру, полагается штраф по 280 статье КоАП. А тому, кто покупал товар или услугу, придется убрать из зачета оплаченный по сделке НДС. И не надо будет даже ничего доказывать.

Будут оценивать сделки по установленным у себя в одностороннем порядке критериям. Потому что им показалось. Безапелляционно так

И обжаловать это будет сложно, потому что в суде при обжаловании действий налоговиков мы будем проигрывать. Суд будет ссылаться на право налогового органа.

Неблагонадежность в головах

— Вообще, это слово «сомнительный» как клеймо на предприятии.

— Теперь они заменили это слово на «неблагонадежный». Которого в правовом поле страны не существует. Мало того, что они придумали такое понятие, так еще и вывесили на своем сайте список «неблагонадежных налогоплательщиков». Там, конечно, есть критерии, и публикуется это с той целью, чтобы люди знали, что они в этом списке есть. Но называть их неблагонадежными нельзя – для бизнеса это создает негативный фон.

Если у предприятия существуют долги по налогам, оно еще не является неблагонадежным или сомнительным. Ведь у нас есть презумпция добросовестности налогоплательщика и участника гражданского правооборота.

И конечно же, с таким ярлыком с ним уже побоятся заключать сделки. А ведь погашению долгов способствует именно активная деятельность, в том числе налоговых, не так ли?

А эта публичная «неблагонадежность» — ничто иное, как вмешательство налоговиков в предпринимательскую деятельность

В Предпринимательском кодексе есть четкие статьи, запрещающие контролирующим органам создавать препятствия для законного бизнеса.

Банкротство в конце туннеля

— И чтобы отменить эти действия налоговиков, стороны будут судиться по полгода, доказывая, что они не преступники?

— Верно. Но это будет сложно сделать из-за аккуратного слова «право», которое они хотят узаконить в Налоговом кодексе. НДС – налог, придуманный в недрах налоговой системы, и он не имеет прямого отношения к гражданско-правовой сделке. Суд скажет, что подтверждает законность сделок, но у налоговиков есть право признавать их сомнительными и убирать фактически уплаченный вам НДС. Если такое право возникнет, субъекты бизнеса окажутся в незавидном положении.

— Какие именно последствия ожидают предпринимательство, если такие нормы все-таки пройдут?

— Непредсказуемые. Сейчас мы пока даже не знаем критерии, по которым налоговики собираются действовать. Плюс есть сомнения в квалификации сотрудников налоговых органов.

Кроме того, зачастую они проводят проверки без привлечения экспертов. Хотя такая возможность предусмотрена Налоговым кодексом

Допустим, идет проверка железнодорожной отрасли — нужны специалисты этой отрасли. Проверяете сельское хозяйство — привлекайте экспертов в этой области. И так далее. Невозможно понимать сути всех процессов в отраслях без использования опыта специалистов. У меня сейчас нет статистики по судебным разбирательствам конкретно «по ложным сделкам». Но есть информация, что суды некоторых регионов сильно загружены подобными делами.

И если такие вещи делать в рамках камерального контроля, я полагаю, что количество сделок, с легкой руки налоговиков признанных «фиктивными», увеличится в несколько десятков раз. А это может привести и к банкротству успешно действующих предприятий.