18+
Нур-Султан
Сейчас
-2
Завтра
-2
USD
389.98
0.00
EUR
434.01
0.00
RUB
6.1
0.00

Встреча с замужней дочерью — традиция «Төркіндеу»  

2012

Казахи в шутку говорят: «Қыз келсе сыпырғы тығылып қалады» (когда приезжает замужняя дочь, веник прячется). Замужним дочерям ни в чем нельзя было отказывать — таков неписаный, но обязательный для выполнения закон.

tengrinews.kz

Замужняя дочь имела право забрать из родительского дома все, что пожелает. А если ее просьбу выполнить было трудно, она могла расплакаться, тем самым давая понять близким, что очень обиделась и никогда больше не приедет.

Такого казахи допустить не могут — дочерей они любят больше, чем сыновей

Потому как дочь вырастет и покинет отчий дом. О ней говорят «жат жұрттық» (рождена для других). В казахской семье у девочек особый статус: дома дочку сажают выше братьев и снох. Если же ее кто-то обидит, ему строго высказывают: «Ты что, забыл, что она «жат жұрттық»?»

Нелегкое расставание

Известно, чтобы избежать кровосмешения, казахи выдавали дочерей за представителей другого рода. Расставание было нелегким. Родные провожали караван жениха, увозившего их дочь на расстояние в несколько дней.

Все эти дни провожающие (в основном молодежь) пели песни, шутили, играли в разные игры, соревновались на скакунах. Одним словом,

старались облегчить состояние девушки, навсегда покидающей родной дом

Через некоторое время она давала знать своим родичам, как ей живется в новой семье. Молодая передавала родителям своеобразное письмо – ковер, алаша или кошму небольшого размера, сделанную собственными руками.

Если орнамент был ярким, разноцветным, это означало, что в семье мужа с ней обходятся вежливо и никто ее не обижает.

Если же орнамент были тусклым, это была весточка о плохой жизни. По ней мать понимала, что дочь надо забрать

Родственники замужней женщины называются «төркін» (где девушка особенно почитаема и сидит на почетном месте — «төр»). Даже если случайный проезжий оказывался из ее рода или аула, все равно она называла его «төркінім екенсің ғой» (ты мой родич по отцу).

Родные мужа тоже относились к нему с подобающим уважением. А родителей и прямых родственников женщины в ауле мужа всегда принимали с особым почетом в самой лучшей юрте.

Приезд в отчий дом

Замужние дочери не сразу приезжали погостить к родителям. Бывало, первый визит в отчий дом случался только спустя несколько лет. Часто дочь приезжала уже со своими детьми. Родственники называли их «жиен», а такую поездку — «төркіндеу».

Төркіндеу всегда становилось радостным событием. Дочку с внуками принимали с большим почетом

К родителям она приезжала еще и с родственниками мужа, привозила подарки и угощения. Держалась в доме родителей свободно и вела себя как хотела. В этом была своя прелесть казахских родственных отношений.

Традиция в литературе

Писатель Бауыржан Момышулы в повести «Ұшқан ұя» (Наша семья) так описал төркіндеу — приезд старшей сестры своего отца:

«В этот день мы все были дома. Заходящее солнце косыми лучами ярко освещало наш стан. Вот под бугром показались четверо всадников. Они темными силуэтами выделялись на фоне солнца. Одним из всадников была женщина в белом. Они ехали неторопливо.

– Что за путники? – с волнением спросил отец и, приложив руку к глазам, всматривался вдаль. – Кажется, Айша едет. Иди, Момынкул, распорядись о приеме. – Он еще пристальней посмотрел в ту сторону дороги. – Да, это они! Вон Жанторе, я его по посадке узнаю, а это Булат, что едет немного сгорбившись, а вот и Аскар, свечой сидит на коне.

Большую юрту готовь для гостей! – крикнул отец вслед уходящему дяде. – Айша не захочет войти в малую. Готовьте все быстрей, а то они будут скоро тут.

Всадники приблизились на «рывок скакуна». Не было сомнений, что едут именно они! Айша ехала иноходью впереди на гнедой красивой кобылице, мужчины же еле поспевали за ней, трусили мелкой рысью. Айша сидела на коне уверенно и гордо, полная сознания, что ее конь стучит копытами на земле предков.

Отец, не отрывая глаз, смотрел на приближающихся путников. Вот бросился бегом, и когда Айша придержала иноходца, взялся за повод ее коня. Старуха разволновалась, растрогалась и, невнятно что-то бормоча, с умилением смотрела на своего брата.

У отца, тоже сильно взволнованного, дрожали колени. Он, придерживая левой рукой коня, правую протянул сестре со словами:

– Сойди, апке. Ты должно быть устала от долгой езды. Сойди, ангел мой, сойди, моя нянюшка!

Его слова вконец растрогали старуху, и она опустилась с коня на руки брата.

…Отец был растроган лаской сестры и встречей. Жанторе продолжал шутить с отцом и со своей женой. Болат изредка вмешивался в разговор, а Аскар не проронил еще ни единого слова. Дядя был занят во дворе хлопотами по приему гостей.

В этом доме я хозяйка!

Перед чаем Айша созвала всех наших домочадцев, раскрыла привезенные коржуны и начала раздавать подарки. Женщинам досталось по отрезу на платье, мне и дяде она подарила цветастые тюбетейки, которые тут же собственноручно надела нам на головы, отцу же подарила каракулевую шапку собственного шитья и под общий смех начала его кормить и угощать разными сладостями.

– Что ты делаешь, старая? – смеялся Жанторе. – Ты лучше раздай сладости детям.

– Да подожди же, – ответила старуха, оберегая узелки со сладостями, – сначала я отдам доли Момышу, а уж потом пусть каждый берет, что хочет…

– Боишься, что Момыша могут дети обидеть? – расхохотался Болат.

Отец, смеясь, принимал в горсть подарки сестры.

– Ведь я же для него привезла, – серьезно отвечала старуха, – и должна вложить ему в руки…

…– Ну, довольно тебе, – строго остановил Жанторе жену…

– Ты со мной так не говори! Я тебе здесь не жена! – всхлипнула старуха.

– Под шаныраком моих святых родителей ты у меня не хозяйничай! В этом доме я тебе только невеста!

При этих словах старики и старухи расхохотались, даже молчаливый Аскар схватился за живот.

…И в дальнейшем Айша-апа, пользуясь правом старшей в нашей семье, не отказывала себе в удовольствии распоряжаться, давать наставления, указывать, а иногда покрикивать на нас и даже на своих, включая Жанторе. На вопросительные взгляды мужа и недоуменные вопросы она отвечала во всеуслышание:

– Я была первым ребенком, рожденным в этом доме. Я первая принесла радость своим родителям. Меня первую нянчили под этим шаныраком.

Для ответа на эти доводы у наших не хватало слов, оставалось лишь покориться воле старухи».

Для казахов традиция «төркіндеу» и ныне остается одной из самых почитаемых и важных. И до сих пор казахи любят дочерей больше, чем сыновей. Ведь дочери рождены для других – «жат жұрттық».