18+
Нур-Султан
Сейчас
11
Завтра
14
USD
385.42
+0.26
EUR
424.58
-1.37
RUB
6
-0.01

Традиционный ислам — преграда радикализму — эксперт

1103

Укорененный в казахской культуре ислам ханафитского мазхаба сформировался на основе рациональных гуманистических ценностей. Если радикальные исламисты действуют во имя «идеи фикс», не гнушаясь террористическими методами, то для сторонников традиционного ислама главное жить по совести.

полумесяц исламИзображение: Colleen Pinski

Каковы основные теологические отличия между радикальным и традиционным исламом? На этот вопрос порталу 365info.kz ответил ведущий научный сотрудник Института востоковедения им. Р. Б. Сулейменова Комитета науки МОН РК, кандидат философских наук Еркин Байдаров.

Переосмысление наследия

Как отмечает ученый, в первую очередь теологические отличия между мирным человеколюбивым исламом и его воинствующим направлением связаны с духовными запросами их сторонников.

«Сегодня на пространстве стран Центральной Азии происходит серьезное переосмысление своего религиозного и философского наследия,

которое непосредственно связано с нашей духовной и интеллектуальной традицией. Во многом это обусловлено ростом различных нетрадиционных религиозных идеологических программ в Центральной Азии, которые стараются вытеснить на периферию традиционные системы ценностей, характерные для данного региона, —

говорит Байдаров. —

Существующие тенденции, к сожалению, ведут к росту радикальных религиозных сетей, которые главным образом приходят в центральноазиатский регион извне.

В связи с этим теологические отличия между радикальным и традиционным исламом в контексте казахстанской действительности зависят прежде всего от того, что ищут люди в самом исламе

Выделим их в две группы:

  • вовлеченные в радикальные исламские учения и движения (меньшинство) и
  • относящие себя к мусульманской умме (общине), живущей по традиции «ахл ас-сунна вал-джамаа» (люди сунны и согласия), которых в исламском мире большинство.

Вроде бы в вопросе кроется и сам ответ, однако не все так просто. Это связано с тем, что сегодня в современном мире, когда мусульманский мир все более громко заявляет о себе в глобальной политике, понятие уммы приобрело большое значение. Здесь присутствует и его сакрализация, а также универсальность широкого его использования».

Умма — уникальное сообщество

Сегодня мусульманская умма — не просто сообщество людей, объединенных одной верой, констатирует эксперт.

«Один из символов современного радикал-исламизма, идеолог ассоциации «Братья-мусульмане» (по-арабски «Ихван аль-Муслимин») Сайид Кутб (1906-1966) говорил:

«…Умма – не только территория, которую занимает Ислам, и не отечество людей, предки которых когда-то в прошлом жили в соответствии с исламским образцом… Мусульманская умма – это сообщество (jama‘a) людей, вся жизнь которых – в ее интеллектуальном, социальном, экзистенциальном, политическом, моральном и практическом аспектах – основана на исламском образце (minhāj)» (См.: Kepel G. Muslim Extremism in Egypt: The Prophet and Pharaoh. Berkeley and Los Angeles, University of California Press, 2003, с. 44).

В свою очередь, американский исследователь Роберт Сондерс утверждает, что умма сегодня является «транснациональным политическим сообществом».

«Карикатурные скандалы» последнего десятилетия лишь подтверждают

политический характер глобальной идентификации мусульман с уммой,

подчеркивая «развитие стойкой коллективной идентичности среди мусульман мира, которая не может адекватно объяснена в рамках религиозного товарищества» (См.: Saunders R. The ummah as nation: a reappraisal in the wake of the ‘Cartoons Affair’ // Nations and Nationalism, 2008. Vol.14, issue 2, с. 304)», —

приводит цитаты казахстанский исследователь.

Роль ближних

Говоря о разнице в мировоззрении радикалов и сторонников традиционного ислама, эксперт подчеркнул роль их непосредственного окружения.

«Являясь частью всемирной уммы мусульман и входя в орбиту мусульманского мира, Казахстан и его государственное устройство, как и у других стран Центральной Азии, является светским, что уже входит в противоречие с радикальным исламом. Здесь следует отметить, что ислам един для всех, поэтому понятие «традиционный ислам» многими современными теологами на постсоветском пространстве упоминается вынужденно, —

подчеркивает Байдаров. —

Это главным образом связано с тем, что за годы после распада СССР в период «исламского возрождения» в новых независимых государствах Центральной Азии появилось много различных исламских движений радикального толка, принципиально отличавшихся от того ислама, что был у нас. Отсюда и возникла потребность обозначить словом то, что здесь существовало на протяжении многих веков. Наряду с «традиционным исламом» упоминают также и такие понятия как «мазхабический» или «пророческий ислам».

Если сторонники радикальных исламистских движений в Казахстане находятся под влиянием религиозно-фундаменталистской идеологии, для которых построение исламского государства является своего рода «идеей фикс», ради чего они готовы идти на самые крайние меры и использовать религиозно-экстремистские и террористические методы, то

для представителей традиционного ислама в Казахстане главным является жить по совести, любить и защищать свою страну, соблюдать как традиционные исламские ценности, так и почитать традиции своих предков и т. д.

При этом и радикалы, и традиционалисты опираются на учения и труды известных исламских теологов, находя в них ответы на свои вопросы.

Естественно, что каждый из них находит в этих трудах те ответы, которые соответствуют его мировоззрению, ценностям, жизненным потребностям и идеалу. Здесь важную роль играет фактор того, кто находится с человеком рядом во время его духовного поиска: человек, уже находящийся под «градусом» исламского радикализма и находящегося в состоянии «войны всех против всех («вellum omnium contra omnes»), или общество, готовое протянуть руку помощи и вырвать его из рук так называемых «ловцов душ»».

Выход — в просвещении

Ученый уверен: в условиях модернизации общественного и исторического сознания казахстанского общества очень важным становится вопрос как религиозного, так и исторического просвещения молодых граждан страны.

«Узнав больше о религиозных ценностях и традициях своих предков, истории, где традиционный ислам ханафитского мазхаба играл важную общественную роль с момента образования Казахского ханства и где жизнь степного общества во многом соответствовала ему, молодежь сделает соответствующие выводы, увидев, что ислам издавна и глубоко укоренен в казахской культуре, —

говорит Байдаров. —

Отличительной чертой ханафитского мазхаба является ее рациональность, из чего и проистекает идея национальных обычаев, благодаря чему религиозные ценности проникают в «ткань» национальных культур и традиций

В этой связи не вызывает сомнений огромная роль ханафитского мазхаба как в исторической ретроспективе, так и для будущего становления исламской уммы Казахстана и стран Центральной Азии в целом.

Развитие ислама в Центральной Азии всегда происходило в соотношении с целостной этнокультурной системой, в рамках которой он существовал и существует поныне. Именно традиционный ислам, сформировавшийся на основе либеральных ценностей, способен стать преградой на пути расползания радикально-религиозной идеологии в центральноазиатском регионе».