Нур-Султан
Сейчас
25
Завтра
18
USD
413
0.00
EUR
466
0.00
RUB
5.79
0.00

Причины войн элиты в Казахстане — кризис в банках — Своик

10643

Очередная операция по спасению банков вызывает массу вопросов в казахстанском обществе. Во время предыдущего кризиса 2008-2009 гг. они устояли только благодаря государственной поддержке, однако устойчивости это им, по-видимому, не придало. Экономист Петр Своик считает, что лечение, прописываемое Нацбанком отечественной финансовой системе, неэффективно в силу системной ошибки, заложенной в основу отечественного банковского сектора:

Те, кто лечит экономику Казахстана, не понимают природу болезни

— Петр Владимирович, то, что казахстанским банкам снова понадобилась государственная помощь, свидетельствует о системном кризисе отечественной финансовой системы?

— В первую очередь необходимо констатировать то обстоятельство, что Казахстан находится в самом начале развития глубокого системного кризиса, которые знаменует исчерпание, во-первых, экспортно-сырьевой экономики, во-вторых, модели внешнего инвестирования и кредитования.

При этом

правительство Казахстана, по всей видимости, не осознает того, что мы находимся в глубоком системном кризисе

и дальше он будет только развиваться. Экспортно-сырьевая модель экономики не подлежит лечению.

А коль скоро те, кто пытается лечить экономику, не понимают природу болезни, то сама попытка лечения в такой ситуации чревата рисками усугубления болезни.

По главным параметрам внешнеэкономической деятельности – а она является доминирующей для этой модели, внутренняя экономика служит только приложением к внешней ориентации —

мы сегодня вернулись в 2005 год. Так, платежный баланс по своим пропорциям соответствует примерно показателям этого года

Но если в 2005 году рост цен на сырьевые ресурсы был тем «поплавком», который тянул экономику вверх, то сегодня на экономику Казахстана навешено «грузило» — вывод из страны доходов, полученных от раннее вложенных иностранных инвестиций, и обслуживание накопленного внешнего долга Казахстана. Это «грузило» тянет экономику республики вниз и еще больше отбрасывает нас назад – к показателям конца 90-х годов, то есть начала формирования сырьевой модели. Ситуация усугубляется еще и тем, что возобновление сырьевого роста не предвидится. По целому ряду причин. Главная из них – мы «перебрали» с внешними заимствованиями.

И все-таки дно еще впереди

— Какие именно экономические показатели демонстрируют откат назад?

— Как показали итоги 2016 года, с девальвированным тенге нам удалось достичь однопроцентного роста ВВП – но, повторюсь, это в девальвированных тенге. В долларовом выражении

в 2017 мы упадем уже почти в два раза по сравнению с максимумом, который был в 2013 году

Объем промышленного производства в 2016 году, по официальным данным, составил 98,9% по отношению к показателям 2015 года.

И самое главное – у нас наблюдается сжатие такого важного параметра как экспорт-импорт. Экспорт по итогам 2016 года составил 77,8% по отношению к показателям 2015 года, то есть сократился на четверть, а импорт — 79,9%. Это очень серьезное сжатие параметров внешнеэкономической деятельности.

Банки Казахстана вынужденно кредитуют внешнего производителя

— Как эти процессы отражаются на состоянии банковского сектора?

— Есть очень значимый фактор, который объясняет все проблемы отечественной финансовой системы. Важно осознавать, что казахстанская банковская система отличается от той стандартной классической модели, которая существует в развитых странах и описана в учебниках по макроэкономике.

Как известно, эта модель состоит из двух уровней. Центральный банк выступает кредитором первой инстанции, обеспечивающим первичное фондирование банков второго уровня. Банки второго уровня распространяют кредитную эмиссию по экономике. Такая модель действует в США, Европе, Японии и других развитых экономиках.

У нас, как и в России, все устроено иначе. Мы относимся к вторичным экономикам, поскольку ни Казахстан, ни Россия не осуществляют денежно-кредитную и инвестиционную эмиссию. В последний раз Казахстан и Россия проводили ее в конце прошлого века. Эмиссия в наших экономиках осуществляется только обменным образом через Нацбанк в Казахстане и Центробанк в России, как замыкающих игроков на валютной бирже.

При этом вся обменная эмиссия, которую производят наши центральные банки, идет мимо банков второго уровня непосредственно в руки сырьевых экспортеров, которые обменивают валютную выручку, чтобы иметь возможность осуществлять экономическую деятельность внутри страны, в национальной валюте.

Таким образом, система банков второго уровня почти не затрагивает сердцевины экспортно-сырьевой экономики.

Сырьевым экспортерам местные банки нужны по большому счету только для ведения текущих счетов, но никак не для инвестирования и кредитования

Кредитные и инвестиционные ресурсы они извлекают из собственной деятельности, плюс к этому средства иностранных инвесторов, которые охотно «заходят» в добывающие отрасли.

Банки второго уровня, что в Казахстане, что в России, работают только на внутреннюю экономику. От ключевого для экономики сырьевого экспорта они по сути отлучены. А поскольку внутренняя экономика, как отражение сырьевого экспорта, ориентируется в основном на импорт промышленных и потребительских товаров, то и банки кредитуют в основном потребление импортируемых товаров, то есть кредитуют внешнего производителя.

В Казахстане

больше половины кредитов – примерно 60% – выдаются на потребительские цели: ипотека, приобретение автомобилей, бытовой техники и даже проведение семейных торжеств

Политическая характеристика такой модели состоит в том, что ни Казахстан, ни Россия не имеют по сути национальной монетарной системы. Центральные банки наших стран являются представителями интересов международной финансовой элиты – назовем их условно МВФ. А банки второго уровня в этой системе – это долларовые дистрибьюторы третьего-четвертого уровня. Только дистрибьюцию они производят в местной валюте.

Что происходит в такой экономике в период сжатия? Выше я уже указал параметры сжатия. Сжимается и потребление, причем опережающим темпом.

Так,

по предварительным итогам 2016 года, покупательная способность населения в Казахстане упала почти на 10%

Соответственно, стагнирует и та сфера, в которой действуют БВУ, – снижается ипотека, потребительские кредиты. Еще одна тенденция, характеризующая этот кризис, — все больше предприятий вынуждены прибегать к кредитованию для пополнения оборотных средств. Это инвестиции не в основной капитал, а попытка заделать брешь в текущих расходах.

Микрокредиты теснят банковские займы

В целом же

банковская сфера сжимается. Отсюда и внутренняя грызня

– не только экономическая, но и политическая. Когда кормушка оскудевает, то понятно, что борьба за место возле нее усиливается.

Глубину банковского кризиса в Казахстане никто не знает

— Как повлияла на казахстанскую банковскую систему девальвация 2015-2016 годов?

— Причины девальвации тенге с августа 2015 года по февраль 2016-го носили не экономический, а политический характер. По сути, она копировала аналогичные процессы в России.

Последствия этого политического акта начинают сказываться только сейчас, причем прежде всего на банках.

Эффекта оздоровления девальвация не принесла и при существующей экономической модели в принципе принести не могла

Действительно, страны с развитым экспортом и высокой добавленной стоимостью в экспортной продукции иногда могут «баловаться» девальвацией, понижать стоимость своей валюты, повышая конкурентоспособность своего экспорта и расширяя его.

В нашем случае, когда экономика имеет экспортно-сырьевую ориентацию, все иначе. Если внутренняя валюта дешевеет, то сырьевым экспортерам элементарно надо меньше возвращать валюты в страну. Они просто сокращают то, что можно назвать экспортом в платежном балансе. В результате сжимается вся экономика. Что, собственно говоря, и произошло в Казахстане. Этот эффект сжатия сегодня начинает сказываться на экономике, и в первую очередь на банках.

В добавок к сжатию экономики и сокращению потребления банки столкнулись с проблемой невозвратных кредитов: внутренние потребители, которые брали займы в валюте, оказались несостоятельными плательщиками.

Насколько ситуация критическая – мы с вами не можем сказать, потому что официальная статистика и отчетность банков скорее всего приукрашена. На самом деле все гораздо серьезнее, о чем свидетельствует решение руководства страны передать 2 трлн тенге Фонду проблемных кредитов.

Источник: Информационно-аналитический центр

© «365 Info», 2014–2020 info@365info.kz, +7 (727) 350-61-36
050013, Республика Казахстан г. Алматы, мкр. Керемет, дом 7, корпус 39, оф. 472
Заметили ошибку в тексте? Выделите ее и нажмите Ctrl+Enter