Нур-Султан
Сейчас
13
Завтра
5
USD
427
0.00
EUR
497
0.00
RUB
5.5
0.00

Грабли девальвации: почему повторное обрушение тенге не оздоровит экономику

5662

Связанные одной цепью

Дело в том, что теоретически

от девальвации могут выиграть только те экспортеры, производство которых слабо зависит от импорта

и обладает высокой степенью локализации. У них после одномоментного обесценения национальной валюты, в которой формируются издержки, в долларовом выражении себестоимость товаров просто обязана снизиться. Вполне естественным результатом становится и формирование дополнительного дохода от девальвации. Однако в нашей реальности хозяйственные связи настолько развиты, что практически в любом производимом товаре в той или иной степени имеется импортный компонент, включая даже социально значимые продукты питания.

Так, российское деловое издание «Ведомости» выявило в результате опроса отраслевых экспертов и производителей продовольственных товаров, что доля прямых и косвенных валютных затрат в их себестоимости составляет не менее трети. Например, у капусты и моркови этот показатель доходит до 75%, в высокотехнологичных хозяйствах по производству картофеля – до 70%! Валютный компонент себестоимости для продукции растениеводства формируется за счет затрат на покупку семян, химикатов, техники и запчастей. В себестоимости куриных яиц в России напрямую на импорт приходится 10-15% себестоимости (кормовые добавки, ветеринарные препараты и витамины), свинины – 30-40%. В тех продуктах питания, основной объем которых идет на экспорт, как к примеру, треска или минтай, именно экспортная цена определяет внутренний ценовой уровень. Поэтому девальвация национальной валюты автоматически влечет рост и внутренних цен.

На значительную роль импортного компонента в формировании себестоимости своей продукции указывают и казахстанские производители. Так, Союз птицеводов сообщил в СМИ, что в нашей стране приходится импортировать племенное поголовье, ветеринарные препараты, премиксы и другие необходимые для этого производства компоненты.

Помимо самих продуктов питания, значительный импортный компонент присутствует в их упаковке (бумага, краски, полимерные добавки и т.д.). Значительная доля приходится на расходы по закупке, амортизации и обслуживанию импортного оборудования. А в непродовольственных товарах доля этого компонента еще выше, даже если они производятся на территории России. В качестве примера «Ведомости» приводят ввозимые из Германии лезвия для бритвенных станков «Gillette», импортные пластиковые бутылки, в которые разливаются произведенные в России моющие средства и средства гигиены, подгузники «Huggies».

Статистика знает все

Проблема автоматического влияния импортного компонента товаров в случае девальвации на их оптовую и розничную цену хорошо известна как поставщикам, так и ритейлерам. Правда, для несведущих в этом бизнесе конечных покупателей такая взаимосвязь может показаться странной, особенно, когда дорожает отечественная продукция. Административные методы здесь мало чем могут помочь – в крайнем случае, с их помощью можно сдержать рост потребительских цен лишь на короткий период времени. К тому же в результате девальвации снижается покупательская способность населения. В ответ продавцы вынуждены компенсировать падение оборота товаров повышением цен на них, что добавляет дополнительный импульс ценовой динамике. А итогом становится ситуация, когда рост цен на некоторые социально значимые товары может сравняться, либо даже опережать темпы одномоментного обесценения национальной валюты. Так, из данных статистиков следует, что в годовом выражении в январе в Казахстане цены на крупы выросли на 22,3%, сахар – 17,7%, муку – 16,2%, мясо птицы – 17,1%, тогда как курс тенге к доллару был понижен в феврале прошлого года на 19%.

Ситуация усугубляется еще и тем, что позиции государства в системе оптовой и розничной торговли Казахстана весьма слабы, поэтому девальвация позволяет действующим здесь игрокам оправдывать свои спекулятивные операции. Речь не идет в данном случае только об отечественном торговом капитале – значительная роль принадлежит в этой сфере и глобальным игрокам, производящим и продающим по всему миру товары повседневного спроса (FMCG). А что поделаешь – ведь на рынке каждый действует по принципу «своя рубашка ближе к телу».

Однако и при таких условиях на внутреннем рынке официальная статистика не подтверждает особого влияния подешевевших российских товаров на уровень потребительских цен в приграничных с Россией регионах Казахстана и вообще на инфляцию в целом по нашей стране. Более того, продукты питания подорожали в Казахстане в январе по сравнению с декабрем на 1,2%, тогда как год назад — на 0,5%. Это означает, что инфляция ускоряется и без девальвации тенге. Не особо сказался наплыв подешевевших российских товаров и на инфляции в приграничных с Россией регионах Казахстана. При общем ее уровне в январе в 0,6% в целом по стране в Актюбинской, Северо-Казахстанской и Западно-Казахстанской областях она сложилась на отметке в 0,4%, Атырауской и Павлодарской — по 0,6%, Костанайской — 0,8%, Восточно-Казахстанской — 0,5%. Минимум же в 0,3% статистики зафиксировали в Акмолинской, Южно-Казахстанской и Карагандинской областях, которые с Россией не граничат.

А данные Росстата показывают, что ситуация, сложившая в соседней стране в конце прошлого года с потребительскими ценами, значительно упавшими в долларовом эквиваленте из-за падения рубля, носила временный характер. В январе инфляция в годовом выражении поставила неожиданный рекорд нынешнего века в 15%, при этом цены на фрукты и овощи в России взметнулись на 40,7%, продукты питания без учета плодоовощной продукции – на 18,4%. Месячная инфляция за первый месяц года составила 3,9% — максимальный показатель с февраля 1999 года. Если так пойдет и дальше, то даже без значительного укрепления российской валюты рублевые цены на товары, производимые в соседней стране, приблизятся в пересчете на долларовый эквивалент к казахстанским.

Мы пойдем другим путем

Историческая статистика также подтверждает, что одномоментные девальвации тенге вовсе не гарантируют значительного подъема темпов промышленного производства в Казахстане. Так, 2009 год, когда в феврале обменный курс был выведен на уровень в 150 тенге, отечественная индустрия завершила с приростом физического объема производства на 1,7%, а 2010-й – на 10%. Однако затем индустриальная динамика значительно снизилась, и в 2011 году темп прироста замедлился почти втрое до 3,5%. В 2012 году отечественная промышленность практически топталась на месте с приростом на 0,5%, в 2013-м ей удалось ускориться до 2,3%. Но в прошлом году, когда также в феврале была проведена одномоментная корректировка курса казахстанской валюты, темпы прироста в индустрии упали до мизерных 0,2%.

Отметим также, что значительное ослабление рубля к доллару и евро также не смогло помочь российской экономике, перешедшей ныне в иное качественное состояние, увы, не самое лучшее. Во-первых, она переживает рецессию, во-вторых, крупнейшие ее госкомпании и госбанки находятся под санкциями, в-третьих, российское руководство серьезно нарушило режим внешней торговли своей страны ответным эмбарго на ввоз западных продуктов питания. По сути, экономика России дрейфует сейчас к мобилизационной модели с растущей изолированностью от мировой экономики, что, кстати, проявляется и в ее попытках восстанавливать таможенный контроль на границах с партнерами по ЕАЭС. Не удивительно, что в последние годы происходит заметное сокращение товарооборота Казахстана с Россией в стоимостном выражении.

Экономика же Казахстана функционирует в ином режиме, открытом и либеральном, показывая вполне приличный по мировым меркам рост. Поэтому предложения отдельных экспертов и производственников ориентироваться на прежний паритет казахстанской валюты к российской примерно в 4,5-5 тенге за рубль сегодня не имеют под собой оснований.

Подводя итоги обсуждению этой довольно непростой темы, можно уверенно утверждать, что сегодня одномоментная девальвация лишь ухудшит состояние отечественных производителей. Важно заметить также, что против такого сценария выступают не только правительство и Нацбанк, но и большинство самих казахстанских производителей, хорошо понимающих, чем обернется против них значительное обесценение тенге. Более эффективными выглядят другие методы государственного вмешательства в создавшуюся ситуацию, о которых говорят предприниматели. Среди них – специальные программы господдержки, аналогичные существующим в России, выравнивание условий для бизнеса в ЕАЭС, субсидирование железнодорожных перевозок, лизинга, кредитных ставок при покупке отечественных товаров и так далее. Естественно, необходимо поднимать и казахстанское содержание в этих товарах наряду с производительностью труда и качеством продукции, а также наводить порядок на внутреннем оптовом и розничном рынках.

Важно также не топтаться на месте, а использовать возможности ЕАЭС для нового рывка отечественных производителей вперед к высоким мировым стандартам. Как заметил по этому поводу в своем интервью газете «Бизнес & Власть» известный предприниматель Раимбек Баталов, глава «Raimbek Group», «есть мировые отраслевые показатели: скажем, инвестиции на одну корову или на один гектар посаженных огурцов. И ключевая задача — снизить затраты казахстанского производителя, чтобы он вписался в эти стандарты». Здесь важную роль может сыграть анонсированная на днях программа поддержки среднего бизнеса для создания нового поколения конкурентоспособных, ориентированных на экспорт несырьевых производств. Это поколение будут представлять компании регионального и мирового масштабов. Акцент в первый год будет делаться как раз на тех отраслях, где как раз высока конкуренция со стороны россиян, — агропромышленный комплекс (включая пищевую промышленность), производство строительных материалов и машиностроение.

© «365 Info», 2014–2020 info@365info.kz, +7 (727) 350-61-36
050013, Республика Казахстан г. Алматы, мкр. Керемет, дом 7, корпус 39, оф. 472
Заметили ошибку в тексте? Выделите ее и нажмите Ctrl+Enter