Нур-Султан
Сейчас
-2
Завтра
-4
USD
436
+1.60
EUR
494
+0.12
RUB
5.89
+0.08

История Алматы: верненская муза известного поэта

343
И. А. Куратов

А тем временем в самой Коми имя Куратова знает каждый, его стихи учат в школе, его творческое наследие изучают филологи и историки, художники пишут его портреты, скульпторы ваяют памятники. Есть даже опера «Куратов» о его жизни. Как мне позже объяснил исследователь творчества поэта, сыктывкарский ученый-этнограф Павел Лимеров, Куратов для коми – как Пушкин для русских, как Абай для казахов.

— Но какое это все имеет отношение к нашему городу? – спросят некоторые.
— А самое прямое, — отвечу я.

Кто такой Иван Куратов

В нашем городе Куратов прожил семь лет. И это была наиболее продуктивная творческая пора его жизни. Именно

в нашем городе Куратов создал значительную часть своего литературного и научного наследия

Исследователи его творчества так и называют это время – «верненский период творчества поэта Куратова».

Он знал 14 языков и еще в 36 языках неплохо ориентировался, в том числе в китайском. Это действительно был человек уникальных способностей и талантов!

Умер Иван Куратов в нашем городе на улице Сибирской, что была в 1875 году в Большой станице. Она и сейчас существует. А на двухэтажном доме, который примерно в 40-е 20-го века был построен на месте деревянной избы, где он жил, висит мемориальная табличка.

Вот именно с нее и началось небольшое расследование.
Что же делал поэт из далекой Коми в нашем городе? Для начала я выяснила, что о Куратове писал краевед Николай Петрович Ивлев (ныне уже ушедший). Он был очень вдохновлен его историей, и именно по его инициативе с 1980 года улица Сибирская, на которой жил поэт, стала носить имя Ивана Куратова… Самодельную книгу (переплетенные ксерокопии) Ивлева дал мне почитать наш краевед Александр Гордеевич Воронов.

Информацию о Куратове я отправилась искать на краеведческих и литературных сайтах Коми и там нашла много интересного.

Некоторые факты биографии

Иван Алексеевич Куратов — основоположник литературы коми, лингвист, переводчик, поэт коми. Родился 6 (18) июля 1839 в селе Кибра Усть-Сысольского уезда Вологодской губернии (сейчас село называется Куратово) и был девятым ребенком в семье священника.

Отец умер рано, когда Ивану было два года. Образование будущий поэт получил хорошее, по тем временам даже прекрасное. Сначала учился дома — обычная практика в семьях священников, особенно сельских, знания передавались от отца к сыну. А потом его отправили на учебу в Яренское уездное училище, там юный Иван

начал писать стихи в свои 13 лет

Писал на родном языке – на коми. По окончании училища стал студентом Вологодской духовной семинарии и закончил ее в 1860 году.

После семинарии получил направление в Москву в Духовную академию. Учился «на стипендию» — 12 рублей. У семьи же не было кормильца, а дети священников в те времена зачастую были лишены выбора профессии. Выйти из сословия было достаточно трудно. Но Ивану это удалось. Он добровольно отказался от блестящей картеры священника, вернулся в Усть-Сысольск (сейчас Сыктывкар) и занялся литературным творчеством и научными изысканиями.

Работал учителем в духовно-приходском училище Усть-Сысольска. Однако не только преподавал, но и изучал культурные традиции местных жителей. Поэтическое творчество коми народа, до середины 19-го века существовавшее только в устной форме, и стало художественно-поэтической основой его произведений.

Но платили ему за его труды чудовищно мало – 100 рублей годовых. А семья была большая – мама, братья, сестры, племянники, всем надо было помогать – ведь у него был заработок.

С целью поправить свое материальное положение Куратов поступает в школу полковых аудиторов в Казани, заканчивает ее в 1865 году и переезжает в Семипалатинск для работы военно-судебным чиновником.

Интересный факт: некоторое время его служба проходит в полку, где ранее был солдатом Федор Достоевский. И так же, как Достоевский, Куратов умер от горлового кровотечения, но уже в 1875 в Верном, где тоже занимал военно-судебные должности.

Верненский период

В Туркестан Куратов поехал не из романтических соображений и не за вдохновением, как можно было бы представить из хрестоматийно сложившегося образа поэта-одиночки. Ему предложили неплохое жалованье — 1400 рублей годовых.

В Верном он был следователем и сделал неплохую карьеру

Начинал в чине коллежского регистратора, а через семь лет уже стал титулярным советником, иначе – штабс-капитаном. Хотя не этот послужной список говорит о его заслугах… Это был обычный путь военного чиновника – чины давались не за реальные дела, а за выслугу лет. Другое дело награды. Он был награжден двумя орденами – св. Станислава и св. Анны.

Куратов вел примерно 20 дел в месяц. Конечно, были и мелкие, но попадались и очень опасные, серьезные, связанные коррупционными и преступными схемами с крупными городами – Ташкентом, Москвой, Петербургом.

А еще он много пишет, занимается научной деятельностью, с увлечением собирает казахские предания и сказки, восточные манускрипты, исследует китайский язык и санскрит.

В Семиречье он знакомится и с восточной поэзией

— в частности, с поэзией Рудаки, и перекладывает его стихи на язык коми. Впрочем, он переводит на коми и других известных поэтов – Пушкина, Байрона, Горация, Анакреона, Гёте, Лермонтова, Шиллера, Вольтера, Беранже… И сам создает цикл стихотворений по восточным мотивам.

Это и был его верненский период… Писал на родном языке, на коми: «Сны», «Самсон». Писал на казахском – «Кедей-жигит», «Сокыр шал». Здесь, в нашем городе, сложился окончательный вариант ставшего каноническим для литературы коми стихотворения «Менам муза»: «Моя муза не продажна…».

Личная жизнь

Он был очень красивым человеком. Высоким, статным… И

в нашем городе у него случился роман, который упоминается даже в уголовной хронике Верного

В городе Куратов квартировал в доме казака Ивана Чукреева.

И вот это место жительства — тоже странность. По рангу чиновнику такого уровня не место было в станице, он должен был жить в городе. Но Куратов провел здесь с небольшим перерывом почти 10 лет.

У Чукреева была жена Надежда, намного, лет на 20, младше мужа. Когда они познакомились, Куратову было 26 лет. Роман длился несколько лет, и назвать его интрижкой никак нельзя: у них даже родился сын Михаил, который умер младенцем. Когда Чукреев узнал об измене, случился страшный скандал. В дело пришлось вмешаться соседям-казакам.

Состоялся суд, и Куратов был вынужден съехать с квартиры. Но отношения с Надеждой, видимо, не прервались. Когда Чукреев умер, Куратов вновь поселился в этом доме. Наверное, они хотели пожениться. Но не успели… Умер он на руках у Надежды, она закрыла ему глаза. Куратову было 36 лет.

Дом казака И. Чукреева

Карьерная лестинца Куратова

На сайте национальной библиотеки Республики Коми нашла информацию о его службе чиновником в нашем городе. Список длинный, с разбивкой по годам, но вот несколько центральных пунктов.

1871 год, 1 апреля. Назначен на должность судьи 1-го Верненского судебного участка с оставлением в такой же должности и на 2-м участке.

1871 год, 17 апреля. Командирован в г. Кульджа в качестве помощника начальника 1-го участка Кульджинского района для производства следственных дел.

1871 год, 2 июля. Получил благодарность за сбор средств на памятник А. С. Пушкину, «за успех этой подписки».

1871 год, 7 июля. Командирован в г. Кульджа для производства следствия по делу об ограблении майора Здоренко киргизами. Именно в этой поездке Куратов заболел тропической малярией, которая изрядно подкосила его здоровье и от которой он так и не оправился.

1871 год, 7 декабря. Назначен председателем комиссии по проверке сбора и расходования городских доходов г. Верный и денег, собираемых с киргизских обществ на содержание местной администрации.

1873 год, 21 июля. Дополнительно назначен секретарем комитета по строительству собора в г. Верный.

1873 год, 23 октября. Награжден орденом Св. Анны 3-й степени «за отлично усердную службу».

1874 год, 9 января. Командирован в станицу Лепсинскую для производства дознания по делу злоупотребления по службе младшего помощника Сергиопольского уездного начальника Султана Сулеймана Бексултанова.

1874 год, 4 февраля. Назначен на должность младшего чиновника особых поручений при военном губернаторе Семиреченской области.
(Да-да, он был чиновником особых поручений при губернаторе Колпаковском).

1874 год. Командирован в Токмак для производства следствия о растрате казенных сумм чиновником Уровым.

1874 год. Командирован в Борохудзирский отряд и г. Кульджу для производства следствия по делу о злоупотреблениях уездного судьи – барона Гревенец.

Подробности скандального дела

А история такая. Был ограблен штабс-капитан Эман (тот самый, что сопровождал великого русского художника В. В. Верещагина во время его поездки по Западному Китаю). Спустя три года после этой экспедиции на героического офицера напали где-то в районе Алтын-Эмеля. Расследовал дело верненский судья барон Гревениц. Ну как расследовал, обвинил в преступлении местных казахов и буквально выбил из них признание в преступлении, которого они не совершали, а реальных виновных отпустил. И не просто так, а за мзду. Куратову передали это дело на дознание. И он докопался до правды. Следственное «дело» об Эмане и похождениях неправедного судьи Гревеница насчитывало около 1500 листов!

Семиреченское областное правление было вынуждено признать всю справедливость тяжких улик, сочло отводы барона не заслуживающими никакого внимания и предписало И. А. Куратову довести следствие до конца.

О «громком деле» узнали в Ташкенте, и от Куратова стали требовать доклада. И поэт поехал в Ташкент, хотя в то время был уже тяжело болен. Довел дело до конца, вернулся в дом Надежды Чукреевой. И 29 ноября (17 ноября по старому стилю) 1875 года умер от чахотки (туберкулеза) .

Историческое наследие Куратова

Известно, что похоронен Куратов на Верненском кладбище (сейчас его уже не существует). Сослуживцы отправили родственникам покойного посылку с рукописями (многие из которых позже затерялись). Затем они были отправлены из Верного в Санкт-Петербург его племяннику Николаю Куратову. А уже он доставил их в Коми край, в дом своего отца, священника села Межадор Афанасия Алексеевича Куратова, брата поэта. Потом весь рукописный архив перешел к сыну Афанасия Степану — священнику в Визинге.

Первое упоминание о рукописях поэта принадлежит финскому лингвисту И. Вихману, который был в Коми с научной командировкой в 1901–1902 годах. Потом Первая Мировая, революция… и о рукописях надолго забыли. Обнаружены они были случайно на чердаке дома священника в 1923 году дальним родственником Куратова. А

в 1930 впервые вышли в свет отдельными изданиями художественные произведения и лингвистические труды Ивана Куратова

Для Коми края это была культурная бомба, фурор!

Я часто бываю в Большой станице, мне нравится этот тихий район старого города, в котором даже время идет иначе. Не скачет, как сумасшедшее, а именно идет. Гуляю. Или бываю с экскурсиями – показываю наш город тем, кто хочет его увидеть не только парадно-алюкобондным, но и вот таким, хранящим память об удивительных людях, которые в нем когда-то жили. Теперь в моих экскурсиях по этому району всегда присутствует Иван Куратов. Большой поэт и порядочный честный человек.

Фото автора

© «365 Info», 2014–2021 info@365info.kz, +7 (727) 350-61-36
050013, Республика Казахстан г. Алматы, мкр. Керемет, дом 7, корпус 39, оф. 472
Заметили ошибку в тексте? Выделите ее и нажмите Ctrl+Enter