Астана
Сейчас
-10
Завтра
-13
USD
371.31
0.00
EUR
419.32
0.00
RUB
5.59
0.00

Умут Шаяхметова как зеркало казахстанской девальвации

Призыв главы «Народного банка Казахстана» Умут Шаяхметовой к немедленной девальвации национальной валюты наряду с обвинениями в адрес Нацбанка в создании дефицита ликвидности прозвучали на самом старте избирательной гонки за пост президента Казахстана.

Учитывая, что на приеме у главы государства недавно побывал председатель Совета директоров «Народного» Александр Павлов и каких-то жалоб от него не прозвучало, информационный демарш г-жи Шаяхметовой выглядел весьма неуместным по времени и вызвал бурную ответную реакцию экспертного сообщества. А у финансовых обозревателей появился весомый повод для того, чтобы проанализировать историю информационных сюрпризов от г-жи Шаяхметовой за время ее руководства банком.

Это уже чересчур!

Напомним читателям, что в ходе недавнего саммита «CFO Ideas Exchange & Networking Event» г-жа Шаяхметова обвинила Нацбанк в создании искусственного дефицита тенге. По ее словам, «регулятор боится, что эти деньги придут на валютный рынок, и будет дальше идти давление на курс». Глава «Народного» даже предположила, что в итоге в стране может возникнуть кризис неплатежей: «Соответственно, одна компания не платит другой, идут невыплаты заработной платы, не погашаются кредиты в банки, то есть это очень большой круг. Но плюс к этому у самих банков возникает кризис ликвидности. Если пойдет кризис неплатежей в банковском секторе, когда уж банк не может провести платеж, то, конечно, это создаст огромный кризис в стране». Она же заявила о полной готовности к очередной девальвации тенге: «Все сидят, включая бизнес и нацкомпании, в долларовых депозитах. Законы экономики никто не отменял, и необходимо принимать, наверное, быстрые и правильные решения, так как цена вопроса очень велика». Г-жа Шаяхметова не преминула при этом сослаться на Россию и Азербайджан, девальвировавших свои валюты.

Сигнал, поданный г-жой Шаяхметовой казахстанцам, готовящимся сделать свой политический выбор 26 апреля, весьма однозначен, – им не стоит уповать на пресловутую «лодку стабильности» даже во время избирательной кампании и доверять успокаивающим заявлениям кандидатов в президенты. «…Мы сидим в стабильности, а это очень дорого для экономики нашей страны», — вполне ясно заявила глава «Народного банка Казахстана». Заодно она же дала понять, какую девальвацию ей хотелось бы видеть. По этому поводу она напомнила, что 6 лет тому назад, когда г-жа Шаяхметова заняла кресло ушедшего из «Народного» в Нацбанк Григория Марченко, ее банк успешно подготовился к февральской девальвации 2009 года, так как «там было ожидаемо все». А вот прошлогодняя корректировка обменного курса, проведенная Нацбанком под руководством Кайрата Келимбетова, ее, оказывается, никак не устраивает, так как потери понес и «Народный», и сама г-жа Шаяхметова, хранившая средства в тенге.

Ответная реакция экспертного сообщества на эти явно провокационные заявления главы «Народного» была крайне жесткой. С открытым обращением к г-же Шаяхметовой выступил руководитель Центра макроэкономических исследований Олжас Худайбергенов, занимавший ранее пост советника председателя Нацбанка. Он предложил своему оппоненту ответить на вполне логичный вопрос о том, проводился ли в «Народном» детальный анализ последствий девальвации в различных вариантах. Вопрос этот весьма логичен – ведь в группу «Народного» входит компания «Halyk Finance», в составе которой работают сильные финансовые аналитики. Г-н Худайбергенов также потребовал от Умут Шаяхметовой подтвердить ее заявление о том, что «…тратить резервы на поддержку российской экономики сегодня совершенно неправильно». И здесь правота явно не на ее стороне, поскольку резервы Нацбанка продолжают расти и в этом году. Буквально в канун Международного женского дня на сайте регулятора появилась информация о том, что его чистые международные резервы за февраль увеличились на 0,43% до $28 млрд. 314 млн., а с начала года – на 1,24%. Сократились же за последний месяц зимы только активы Национального фонда, но незначительно – на 0,07% до $71 млрд. 703 млн.

Олжас Худайбергенов также фактически обвинил г-жу Шаяхметову в инсайдерстве, поскольку «рынок делает недвусмысленные выводы из ваших слов: «…сегодня я храню в валюте»». Он также прямо спросил и о том, что «активная позиция руководителя системообразующего банка способна стать отдельным фактором, подталкивающим к девальвации», и о размере потенциальной тенговой прибыли банка в случае девальвации на 20%. И, наконец, последний, седьмой, вопрос эксперта к главе «Народного» прозвучал весьма обоснованно: «В случае резкого ухудшения ситуации в экономике из-за одномоментной девальвации готовы ли вы публично признать ошибочность тезиса о необходимости девальвации?» (цитируем по Forbes.kz).

А в другом интервью по поводу итогов упомянутого выше саммита Олжас Худайбергенов резюмировал, что там «за девальвацию выступало всего 4-5 человек, и есть ощущение, что они руководствуются корпоративными интересами, а не экономической логикой».

 Иногда все же лучше жевать

С последним его тезисом нельзя не согласиться, особенно если вспомнить заявления последних руководителей «Народного». С журналистской точки зрения этому банку, несомненно, везет на руководителей, обладающих блестящими ораторскими навыками, но, увы, не всегда следующих неумолимой финансовой реальности и мнению весьма квалифицированных аналитиков.

Сначала это был несравненный Григорий Марченко, который на посту председателя правления «Народного» упрямо доказывал, что финансовый кризис, уже бушевавший в 2007-2008 годах по всему миру, присутствовал лишь у других в головах. В доказательство своей правоты он даже вывел свой банк на ставшие тогда дорогими внешние рынки заимствований, чтобы разместить там еврооблигации и доказать, что за рубежом деньги по-прежнему можно занимать. По иронии судьбы, он был назначен в начале 2009 года во второй раз главой Нацбанка, — видимо, для того, чтобы дать ему лично убедиться в том, что кризис не только существовал на самом деле, но даже пришел в Казахстан, нанеся непоправимый урон нашему банковскому сектору.

Сменившая г-на Марченко в «Народном банке Казахстана» Умут Шаяхметова и занимающая ныне пост председателя правления более 6 лет, за это время также снискала своеобразную славу у журналистов за свои образные спичи и радикальные выступления в СМИ. Уже спустя несколько месяцев после своего назначения главой «Народного банка Казахстана» г-жа Шаяхметова в самый разгар кризиса удивила казахстанцев предложением размещать свои накопления на депозите в «надежном финансовом институте». Хохма состояла в том, что таковых в кризис не осталось по определению, так как государству пришлось войти в капитал ведущих банков, включая и «Народный»!

Она же предлагала в 2009 году приобретать недвижимость, полагая, что цены тогда достигли дна, — а ведь после тогдашней февральской девальвации, проведенной г-ном Марченко, и население, и малый со средним бизнесы практически утеряли веру в светлое финансовое будущее. Более того, в то время, когда руководство Казахстана предложило миру «ключи от кризиса» в виде новой резервной валюты, г-жа Шаяхметова заявила через СМИ, что вряд ли возможно создать таковую в обозримом будущем. Но, как говорится, человек входил в курс дела, поэтому такие казусы тогда выглядели вполне естественно. К регулятору, а тогда в его роли выступало АФН, возглавлявшееся Еленой Бахмутовой, у г-жи Шаяхметовой поначалу претензий не было, как и к Нацбанку, руководителем которого стал ее бывший шеф, то есть г-н Марченко.

 Даже Сайденов и Греф не выдержали

Увы, за последние годы от закалившейся в публичных выступлениях главы «Народного банка Казахстана» досталось и регулятору, функции которого перешли к Нацбанку после упразднения АФН, и ФНБ «Самрук-Казына», от имени государства вошедшего в капитал банков, и коллегам по рынку. Так, она публично усомнилась в необходимости повторной реструктуризации долгов «БТА Банка», полагая, что «лучше ужасный конец, чем ужас без конца», хотя прекрасно понимала, какое потрясение вызовет банкротство этого участника рынка не только для банковского сектора Казахстана, но и для международного имиджа страны и ее инвестиционной привлекательности. В итоге даже всегда выдержанный экс-глава Нацбанка Анвар Сайденов, направленный руководить «БТА Банком», публично обвинил главную «народную» банкиршу в нарушении корпоративной и профессиональной этики! Тем не менее, некоторое время спустя как ни в чем ни бывало, «Народный» по соглашению с правительством отправил своих представителей в «БТА Банка» для проведения процедуры due diligence на предмет покупки последнего. Но потом «Народный» отказался от этой сделки. Точнее, по версии банка, ФНБ «Самрук-Казына» в качестве продавца не принял предложение от потенциального покупателя. В результате, кстати, сорвалась и другая сделка – по продаже государству дочернего пенсионного фонда «Народного», крупнейшего тогда на рынке.

Другие дебатировавшиеся публично г-жой Шаяхметовой темы относились к росту влияния государства на рынок ценных бумаг и созданию «ЕНПФ», необходимости фондирования банков за счет денег Национального фонда в условиях дефицита тенговой ликвидности, сдерживанию экспансии российских госбанков на казахстанском рынке, ограничению регулятором темпов роста потребительского кредитования и его требованию значительно увеличить минимальный капитал банков. Спору нет – проблемы эти важные! Однако было непонятно, почему их озвучивает не Ассоциация финансистов Казахстана, а глава лишь одного из банков, пусть и системообразующего.

Руководителю же «Сбербанка России», Герману Грефу, которому, скорее всего, надоели неоднократные обвинения со стороны г-жи Шаяхметовой, даже пришлось дать отповедь через казахстанские СМИ «плачу» местных банкиров! Он без обиняков заявил, что таким способом последние просто прикрывают свою неспособность конкурировать на рынке. Заодно г-н Греф пояснил, кто в этой истории шумная и слабенькая «моська», а кто – могучий «слон». Дело в том, что, с его слов, ни один казахстанский банк, включая, естественно, и «Народный», не способен финансировать крупные проекты таких солидных заемщиков как нацкомпания «Казахстан темир жолы» или «ENRC».

А когда по поручению президента Казахстана в прошлом году из Национального фонда был выделен первый транш на поддержку кредитования отечественного бизнеса, чего собственно и добивалась г-жа Шаяхметова, выявилась любопытная картина. К примеру, «дочке» того же «Сбербанка России» досталось 6 млрд. тенге, а «Народному» — 20 млрд. тенге.

 Нацбанк уполномочен заявить

Начало прошлогодней осени ознаменовалось очередными эскападами главы «Народного банка Казахстана». Однако тогда они не привлекли внимания журналистов. То ли в первые дни учебного года всем было не до заявлений банкирши, то ли их содержание совсем уж не отвечало реалиям финансовой жизни.

Так, г-жа Шаяхметова в интервью агентству «КазТАГ» констатировала, что в Казахстане «нет валютного рынка, поскольку курс тенге фиксирован» на уровне в 182,0 тенге. Удивила она и своей оценкой потерь Нацбанка по золотовалютным резервам в $4 млрд., в которые обошелся ему ажиотаж на валютном рынке в конце июля – начале августа. Далее, глава «Народного» сообщила, что после того, как три участника рынка – «Банк ЦентрКредит», «Kaspi Bank» и «Альянс Банк» — в феврале подверглись sms-атаке, то Нацбанк выделил каждому по 100 млрд. тенге по линии беззалогового финансирования. Однако по ее сведениям, эти деньги не были возвращены. Более того, она заметила, что эти же банки получают финансирование от ЕНПФ. Заодно г-жа Шаяхметова предложила поддержать социально уязвимых ипотечников за счет средств «Фонда проблемных кредитов», попутно заметив свое несогласие с тем, что 250 млрд. тенге из этой организации будут предоставлены «БТА Банку» и «Казкоммерцбанку».

Но не успели СМИ подготовить редакционные запросы в Нацбанк, дабы получить ответ на столь серьезные обвинения в адрес регулятора со стороны главы «Народного банка Казахстана», как по совпадению в центральном банке начали расставлять все точки над «i». Председатель Нацбанка Кайрат Келимбетов в кулуарах конференции по исламским финансам, прошедшей в Алматы, пояснил журналистам, что нынешний обменный курс тенге к доллару не удерживается регулятором в существующем коридоре, а общая сумма интервенций на его поддержание невелика. Кстати, этот коридор потом был расширен до плюс 3 вверх и минус 15 вниз, то есть диапазон колебаний курса расширился втрое.

Затем в интервью «Панораме» г-н Келимбетов еще раз пояснил, что международные резервы Казахстана растут, инфляция относительно низка, а казахстанская валюта вполне может укрепиться ниже отметки в 180 за доллар. Влияние внешнего шока со стороны России из-за санкций Запада, введенных против этой страны, на наш банковский сектор оценивалось им как незначительное, поскольку «наше окно не связано с Россией, оно и так уже было закрыто из-за высокого уровня NPL — свыше 33%». Девальвационный навес, угрожавший ранее «спровоцировать обвал, который закроет все», был устранен в феврале корректировкой обменного курса тенге к доллару. Основанием для него стала «долгосрочная тенденция, связанная с рецессией российской экономики и давлением на обменный курс рубля».

С тех пор, как говорится, много воды утекло. Обвалившая российская валюта вроде бы нашла свою равновесную точку на уровне в 60 рублей за доллар. Цены на нефть сначала резко пошли вниз, но сейчас стабилизировались на отметке в $60 за баррель. Внешнеторговое сальдо Казахстана оставалось положительным. Всю минувшую зиму Нацбанк стабильно наращивал свои золотовалютные резервы, в том числе и за счет своп-операций с банками второго уровня, исправно получавшими от регулятора тенговую ликвидность. Росли и депозиты банковских клиентов. Каких-либо сбоев в платежной системе страны не наблюдалось. Все, кто хотел и имел возможность, смогли обзавестись подешевевшими авто и другими товарами в России. Правительство по поручению президента урезало бюджетные расходы на 10% и создало необходимый финансовый резерв. Обменный курс тенге к доллару двигался то вниз, то вверх, а трудностей с покупкой или продажей инвалюты не наблюдалось.

В общем, финансовая жизнь страны продолжается своим чередом, спокойно встретив и внеочередные президентские выборы. Деньги же, как известно, любят стабильность. Но еще им не помешала бы тишина, особенно по части панических заявлений отдельных наших банкиров.